Баз Лурман пересобрал «Австралию»: зачем смотреть «Далекие холмы»

Баз Лурман — человек, который не умеет останавливаться. Его «Австралия» 2008 года и так длилась почти три часа, а теперь он взял и пересобрал её заново. На Hulu вышел мини-сериал «Далекие холмы» — и это не просто расширенная версия, а что-то вроде разговора с самим собой пятнадцать лет спустя. Зачем? Тут даже сам режиссёр до конца не уверен. Но давайте копаться в этом роскошном ворохе киноплёнки вместе.

Сюжет, если вы вдруг пропустили оригинал, кочует из фильма в сериал без потерь. Английская аристократка Сара Эшли, которую играет ледяная и одновременно ранимая Николь Кидман, приплывает в Австралию, получает в наследство ранчо посреди красной земли и вынуждена договариваться с грубоватым, но чертовски обаятельным погонщиком Дровером. Хью Джекман здесь хорош до зубовного скрежета. Есть ещё мальчик Налла, абориген с огромными глазами, который станет сердцем этой истории. И любовь, конечно. И война. И стадо скота, которое гонят через полконтинента под рвущиеся струнные.

Но самое важное — не в любовном треугольнике и даже не в пейзажах. Лурман воспользовался шансом, чтобы исправить то, что пятнадцать лет назад если и прозвучало, то слишком тихо. Речь о судьбе коренных австралийцев. В «Далёких холмах» их история не просто дописана — она вплетена в ткань повествования с уважением, которого раньше не хватало. И тут есть одна деталь, от которой у меня лично мороз по коже. Дэвид Галпилил, сыгравший Короля Джорджа, ушёл из жизни в 2021-м. У его народа есть обычай: после смерти имя не произносят, не пишут. Чтобы вернуть его в титры, продюсер Кэтрин Мартин поехала на север, к родственникам. Показала материал. Спросила разрешения. Получила согласие. И теперь перед каждой серией всплывает строка: «Сериал содержит изображения, голоса и работу ушедших». Это не просто дисклеймер. Это поклон.

Критики пожимают плечами. Зачем, спрашивают они, растягивать и без того не самый кассовый фильм? «Австралия» никогда не была любимицей публики, даже фанаты Лурмана обходили её стороной. И вот — шесть часов вместо трёх. Эксперимент? Ностальгия? Желание переписать прошлое, пока никто не видит? Лурман сам не даёт ответа. Может, его и нет. Может, это просто способ снова оказаться там, под этим небом, с этими людьми. И знаете, я вдруг понимаю: иногда неважно, зачем. Важно, что мы можем вернуться. Увидеть знакомых героев другими глазами. И, возможно, простить им — и себе — то, что тогда казалось ошибками.