Богатыри, магия и вторичность: каким получился сериал «Последний богатырь. Наследие»

Прошло семь лет, а Иван всё никак не вернётся в Москву. И правильно — чего ему там делать? В Белогорье он царь, муж, отец и просто герой былинный. «Последний богатырь. Наследие» на Okko — это не продолжение, это перезагрузка вселенной, которую Антон Маслов растянул на сериальный формат. И первое, что бросается в глаза: здесь все выросли. Даже злодеи.

Иван больше не путает айфон с артефактом. Он правит Белогорьем вместе с магом Белогором (Владислав Ветров, который смотрит на всех с усталой мудростью школьного завуча). Василиса родила двух дочерей, и тут, как водится в хороших сказках, таланты поделились поровну: Марья унаследовала богатырскую силу, Софья — магию. И если старшая лупит врагов кулаками, то младшая смотрит в зеркальце и учится колдовать.

Проблема приходит, откуда не ждали. Северный маг Северин (Александр Устюгов, в котором угадывается что-то от нордического злодея) является с видением: Белогорье ждёт тьма, смерть и разруха. Чтобы спастись, нужно создать венец — супероружие. Белогор соглашается, венец создают. А потом Северин смотрит на жителей Белогорья и думает: «А достойны ли они такой защиты?» И, конечно, решает, что недостойны. Всё по классике: тот, кто пришёл спасать, становится тем, от кого нужно спасаться.

Первая серия — чистый размах. Белогорье, эпичные планы, магические баталии, Финист (Кирилл Зайцев) в роли верного сокола, Колобок с голосом Гарика Харламова, который шутит ровно так, как вы ожидаете. Графика — огонь. Декорации — люкс. Деньги, потраченные на проект, видны в каждом кадре, даже если создатели упорно молчат о бюджете. Но во второй серии нас выкидывают в современность.

Софья проваливается в наш мир, и здесь начинается беда. Потому что из смышлёной ведьмы, которая в Белогорье выглядела почти как Гермиона (говорящее зеркальце Татьяны Догилевой, между прочим, выдаёт реплики уровня профессора Макгонагалл), она превращается в стандартную попаданку, удивляющуюся розеткам. Школьник Денис (Олег Чугунов) объясняет ей устройство мира, и это смотрится как «Богатырь наоборот» — только без обаяния Хориняка.

И тут вылезает главная проблема «Наследия». Создатели откровенно заимствуют — у «Гарри Поттера», у супергероики, у «Сто лет тому вперёд» (который, кстати, тоже не стеснялся отсылок, но умудрялся оставаться собой). Живые картины, огненные письма, магические газеты — это всё было, и было круто. Только тогда это было впервые.

Визуально — да, смотреть можно. Сражений пока мало, но те, что есть, поставлены крепко. Актёры стараются. Устюгов хорош в роли мага-отступника. Ветров — прекрасный уставший мудрец. Харламов в роли Колобка — ну, это Харламов, вы либо принимаете это, либо нет.

Но вопрос остаётся: когда наши сказки перестанут оглядываться на чужие и заговорят своим голосом? Первые «Богатыри» это умели. Посмотрим, научатся ли наследники.