«Грызня»: почему все обсуждают сериал A24 с Стивеном Яном

A24, которые уже давно не нуждаются в представлении, снова берут бытовуху и выкручивают её на полную мощность. Парковка, двое незнакомцев, неудачный манёвр — и понеслось. Обычно таким травматичным опытом делятся с друзьями за бокалом, но Дэнни и Эми выбрали другой путь. Дорожная ссора превращается в войну на выживание, а сериал, который все обсуждают, вдруг оказывается не просто чёрной комедией, а зеркалом, в которое страшно смотреть. Рассказываем, как «Грызня» за пару дней стала мировым хитом и почему от неё невозможно оторваться.

Показать кому-то средний палец на дороге? Легко. Облить матом водителя, который подрезал? Да сколько угодно. Но пуститься в погоню, достойную «Форсажа», вломиться в чужой дом и перезнакомиться с родственниками врага? Это уже не спонтанная агрессия, это одержимость. Дэнни и Эми с каждой серией теряют берега: их уже не интересует справедливость, только месть. И чем дольше они топят друг друга, тем больше становятся похожи. (Ремарка: вы когда-нибудь ненавидели человека так, что забывали, с чего всё началось? Вот и они забыли.)

Сделать главных героев отталкивающими и при этом заставить зрителя за них болеть — задача не для слабонервных. Но Стивен Ян и Али Вонг справляются с этим играючи. Вонг, которую мы привыкли видеть в стендап-комедиях и ситкомах, вдруг открывает такие глубины отчаяния, что мурашки по коже. Ян тоже удивил: после роли вечно положительного Гленна в «Ходячих мертвецах» ему пришлось доказывать, что он не только «хороший парень». В «Грызне» он и злодей, и жертва, и музыкант в одном флаконе. Его сцены с гитарой — отдельный вид искусства. Кто бы мог подумать, что христианский рок может звучать так… обречённо?

Сериал не был бы таким объёмным без флешбэков. Детство Дэнни, детство Эми — и сразу понятно, откуда ноги растут. Создатели не стесняются высокой теории: в одном из эпизодов прямым текстом цитируют Симону де Бовуар. «Этика двусмысленности» объясняет то, что мы и так чувствуем кожей: человек — пленник своего прошлого. Особенно если это прошлое — азиатская семья эмигрантов, где ребёнок должен быть лучшим, а мечты — только те, что одобрены старшими. Дэнни и Эми всю жизнь доказывают, что они чего-то стоят. И так устали, что готовы уничтожить любого, кто встанет на пути. Даже если этот любой — их зеркальное отражение.

Отдельный оммаж — названия серий. Первая серия: «Птицы не поют, они кричат от боли». Это не метафора, а прямая цитата из «Бремени мечты» Вернера Херцога, фильма о том, как режиссёр одержимо тащит корабль через гору. Дэнни и Эми одержимы не меньше. Дальше — Сильвия Плат, Кафка, Бергман, Кэмпбелл. Каждое название можно расшифровывать как ребус. Кто-то уже пишет диссертацию, а мы просто смотрим и чувствуем, как эти отсылки бьют точно в цель.