Колин Фаррелл: как бунтарь стал одним из лучших актеров Голливуда

Сегодня Колину Фарреллу исполняется 47. Ирландец с самыми выразительными бровями в Голливуде прошёл путь от грустного киллера в «Брюгге» до гротескного Пингвина в «Бэтмене». Его карьера — это американские горки: взлёты, падения и удивительное возвращение. Давайте пролистаем самые важные страницы его фильмографии.

Его юность не была похожа на сказку о золушке. Вместо кумиров-актёров у подростка Колина были другие авторитеты: Guinness, гашиш и кокаин. Его выгнали из школы за драку с учителем, ловили на кражах, а вождение в нетрезвом виде стало нормой. Зависимость взяла его в плен уже в 14, а к 18 она едва не привела его за решётку. Можете ли вы представить этого парня будущей голливудской звездой? Вряд ли. Но именно этот бунтарский огонь позже зажёг его лучшие роли.

Поворотный момент наступил благодаря режиссёру Джоэлу Шумахеру, который после провала «Бэтмена и Робина» оказался на дне. Без бюджета и звёзд он взял на главную роль «зелёного» Фаррелла, в котором увидел юного Джека Николсона. Низкобюджетная антивоенная драма «Страна тигров», снятая почти как манифест «Догмы 95», стала сенсацией. Критики сравнивали Фаррелла то с МакКуином, то с Ньюманом, пророча ему славу. И не ошиблись.

Затем был громкий провал — «Александр» Оливера Стоуна. Фильм освистали, и Фаррелл думал, что это конец. Но настоящий крах наступил позже, на съёмках «Полиции Майами» у Майкла Манна. Алкоголь и наркотики полностью захватили его жизнь. Он приходил на площадку с диким похмельем, а после съёмок попал в больницу — ходили слухи о передозировке. Он сам говорил, что «героин хорош в меру». Можете представить себе эту меру? Вот и Голливуд её не понял.

Его спасителем стал Мартин МакДона. Роль грустного киллера Рея в «Залечь на дно в Брюгге» (2008) стала терапией. Фаррелл играл человека, раздавленного чувством вины, — и это было недалеко от правды. Фильм вернул ему веру в себя и уважение коллег. Потом была метакомедия «Семь психопатов», где его персонаж — писатель с творческим блоком — снова стал альтер эго самого актёра. МакДона нашёл в нём ту самую ранимую, человечную ноту, которую Голливуд долго не замечал.

А потом он открыл для себя Йоргоса Лантимоса. Увидев греческую притчу «Клык», Фаррелл вышел из зала с вопросом: «Кто, чёрт возьми, это снял?» Он сам напросился на роль в «Лобстере» — мрачной сатире о мире, где быть одиноким — преступление. Его герой, нелепый архитектор с усами, мечтает в случае неудачи стать лобстером. Фаррелл сыграл эту механистичную, почти роботизированную подачу безупречно. Потом был «Убийство священного оленя» — античная трагедия в декорациях современной больницы. Он снова вписался в абсурдный, холодный мир Лантимоса, доказав, что его диапазон безграничен.

Сегодня Фаррелл на пике. Он может сыграть жуткого гарпунщика в «Северных водах», затем — гротескного Пингвина, которого публика полюбила так, что для него заказали целый сериал. Он воссоединился с МакДоной для «Баншей Инишерина» и получил за эту роль первый «Оскар» и второй «Золотой глобус». Он дурачится в «Джентльменах» Гая Ричи и погружается в тихий сай-фай «После Янга». Он прошёл через ад зависимости, пережил провалы и возродился как один из самых разносторонних актёров своего поколения. И, кажется, его главная роль ещё впереди.