Трумен Капоте в кино: какой образ писателя ближе к истине?

30 сентября исполняется 100 лет со дня рождения Трумена Капоте. Культовый американский писатель, сценарист и светский лев известен у нас в первую очередь как автор «Завтрака у Тиффани». Причём благодаря фильму с Одри Хепбёрн эту историю у нас знают лучше, чем книгу. Однако сюжеты романа и экранизации довольно сильно различаются. Да, Капоте, подобно Флоберу, говорил, что отождествляет себя со своей героиней, а в образе писателя-рассказчика можно угадать его черты. Но считать «Завтрак у Тиффани» его главной книгой — большая ошибка.

Спросите любого американца — он назовёт книгой жизни Капоте «Хладнокровное убийство». И неспроста: биографические фильмы о писателе сконцентрированы именно на создании этого текста. Роман-расследование об убийстве семьи Клаттеров, написанный с документальной скрупулёзностью, изменил и литературу, и самого автора. С Капоте всё сложно. Его образ ускользает от чётких определений. Помните сцену из «Энни Холл» Вуди Аллена, где на конкурсе двойников Капоте побеждает… сам Капоте? Идеальная иллюстрация.

Герой его ранней повести «Луговая арфа» говорит: «Раньше я по кусочкам открывал себя другим людям — случайным попутчикам, исчезавшим в людском потоке… Может, если их всех собрать, и получился бы тот самый единственный человек». Образ писателя в сознании публики созвучен этому: он не вписывается в рамки, провоцируя на новые интерпретации и биопики. При этом именно Капоте придал жанру документального криминального расследования (true crime) классическую форму. Он задумал «что-то в духе «Хладнокровного убийства» ещё до самого преступления: «Я хотел создать журналистский роман, обладающий глубиной прозы и точностью поэзии». И у него получилось.

Первый фильм по его автобиографической повести «Луговая арфа» сняли уже после смерти писателя. Связь с Капоте здесь не только сюжетная. Мать режиссёра Чарльза Мэттоу, актрису Кэрол Грейс, не раз называли возможным прототипом Холли Голайтли. А роль судьи сыграл её муж, Уолтер Мэттоу, лично знавший Капоте. Мир тесен, особенно в Голливуде.

Куда мрачнее экранизация его первого романа «Другие голоса, другие комнаты» — кладезя символов и атмосферы южной гothic, родственной Фолкнеру. Эту атмосферу Капоте объясняет в рассказе «Дерево ночи»: «Каждый хотел рассказать сказку, обучить стишкам про смерть, привидения, знамения, духов». Такое детское восприятие мира накладывает отпечаток на всех его героев. И, кажется, на него самого.

Фильм «Капоте» (2005) тянется так же медленно, как и работа писателя над «Хладнокровным убийством». «4 года жизни, а роману и конца не видно», — говорит экранный Капоте. В финале титр сообщает: эта книга сделала его самым знаменитым писателем Америки, но больше он не закончил ни одной вещи. Горькая правда. Хотя были и незавершённые работы, вызвавшие не меньший ажиотаж.

Фильм «Дурная слава» (2006) вышел вскоре после триумфа «Капоте» и остался в его тени, несмотря на звёздный состав. Его режиссёр, Дуглас МакГрат, известен экранизациями Диккенса и Остин. «Дурная слава» — тоже псевдодокументальная история, но Капоте здесь предстаёт фигурой ещё более противоречивой. Зато проект охватывает не только главный роман, а несколько ключевых текстов, глубже копаясь в причинах одержимости писателя делом Клаттеров.

Сходство позы Дэниела Крэйга (в роли убийцы Перри Смита) с известной фотографией юного Капоте на обложке «Других голосов…» — не случайность. Фильм цитирует слова писателя: «У меня такое чувство, что мы с Перри росли в одном доме, только он вышел через черный ход, а я через парадный». Два брошенных мальчика, неуверенных в своём таланте. Одному удалось стать писателем. Другой не стал художником и превратился в преступника — и в героя книги. Жестокая ирония судьбы.

Но эмпатия Капоте была избирательной. Его последний, так и не завершённый роман «Услышанные молитвы» взорвал американское высшее общество: в скабрёзных историях знаменитости узнавали себя и своих друзей. Капоте долго был своим в этом кругу, ему доверяли секреты. Их обнародование стоило ему всех связей. Эти события легли в основу второго сезона сериала «Вражда». Капоте играет Том Холландер, а его «лебедушек» — Наоми Уоттс, Дайан Лэйн, Хлоя Севиньи. Образ писателя показан с точки зрения тех, кого он предал. На фоне мистических южных сказок и глубоких психологических исследований эта история светской мести кажется мелодрамой. Хотя некоторые считают «Услышанные молитвы» его итоговым, главным текстом. Кто прав?

Где же искать настоящего Капоте? В биографических фильмах? В автобиографических героях? В фотографиях с томным взглядом? Или стоит помнить, что перед нами мастер мистификации, и ключи стоит искать в его книгах? Он сам писал в рассказе «Ястреб без головы»: «Бывают произведения искусства, вызывающие больше интереса к творцам, нежели к их творениям — обычно потому, что в этих работах наталкиваешься на то, что всегда казалось лишь твоим личным ощущением». Возможно, этот парадокс говорит что-то важное и о писателе, и о нас, его читателях. Мы ищем в нём отражение самих себя. И, кажется, находим.