Вадим Абдрашитов: режиссёр, который снимал кино морального беспокойства

12 февраля не стало Вадима Абдрашитова — одного из самых важных и, увы, недооценённых режиссёров нашего кино. Народный артист России, кавалер ордена «За заслуги перед Отечеством», автор картин, которые врезались в память. Но почему за последние двадцать лет он не снял ни одного фильма? Давайте вспомним его уникальный творческий союз со сценаристом Александром Миндадзе и попробуем найти ответ в его же картинах.

Их ранние работы — «Поворот», «Охота на лис», «Остановился поезд» — критики назвали «кино морального беспокойства». По духу они были близки польским фильмам Вайды или Кесьлёвского. Абдрашитов и Миндадзе пристально всматривались в этические конфликты: обвиняемый и обвинитель, жертва и палач. Они показывали, как простой, казалось бы, поступок способен разъедать душу, если в нём нет нравственного стержня. «Остановился поезд» даже положили на полку — уж слишком неутешительным был диагноз: коллективная вина, прикрытая героическим мифом. К счастью, фильм вызволили, он прошёл с огромным успехом, а Абдрашитов получил Госпремию. Но уже тогда стало ясно: их кино — не для удобного просмотра.

Успех позволил им снять, пожалуй, самую необычную свою работу — «Парад планет». История о резервистах, «убитых» на учениях и оказавшихся в странном, почти загробном путешествии. Их одежда не мнётся, щетина не растёт. Они блуждают по пространству «магического экзистенциализма», встречая город женщин, перевозчика-Харона и дом престарелых, где их принимают за погибших сыновей. А в небе — редчайший парад планет 1982 года, которого главный герой, учёный, так и не увидит. Это кино-притча, кино-сон. И оно возможно только в союзе двух редких умов.

Особое место в их фильмографии занимает Олег Борисов. После «Остановился поезда» и «Парада планет» они сняли «Слугу» — историю о Фаусте и Мефистофеле в реалиях позднего СССР. Эта роль стала вершиной для Борисова, а фильм получил премию Берлинале «за открытие новых путей в кино». Миндадзе позже вспоминал: «Его герой внешне живёт одной жизнью, а внутренне — другой. Изобразить это под силу не каждому актёру». Увы, Борисов ушёл рано, оставив в их творчестве незаполнимую пустоту.

А между этих картин возник «Плюмбум, или Опасная игра» — фильм о «легализованном предательстве». Подросток, переживший нападение, становится добровольным помощником милиции. Им движут глаголы-исключения из школьного правила: «гнать, держать, вертеть, обидеть… терпеть». Он жаждет искоренять зло, но сам превращается в его часть. Ирония судьбы: актёр Антон Андросов, сыгравший Плюмбума, во взрослой жизни стал режиссёром дешёвого порно. Жизнь иногда пишет сценарии круче любого драматурга.

«Армавир» 1991 года стал апофеозом их стиля в эпоху перестройки. Метафора рушащегося мира — огромный круизный лайнер, который тонет, но никак не может утонуть. Фильм-катастрофа без экшена, полный трагического пафоса. А потом система кинопроизводства рухнула окончательно. Найти финансирование на их сложное, некоммерческое кино стало почти невозможно. Они ещё сняли «Пьесу для пассажира», «Время танцора», «Магнитные бури»… И замолчали. Навсегда.

Почему? Абдрашитов объяснял это просто: «Раньше нужно было морочить голову редакторам и цензорам. Теперь — обивать пороги кабинетов богачей». Никто не хотел вкладываться в кино, которое задаёт жёсткие моральные вопросы вместо того, чтобы развлекать. Их последний фильм, «Магнитные бури», даже не пустили в фестивальный конкурс — «профсоюзы обидятся». Мир изменился. И оказалось, что договориться с цензором проще, чем с инвестором, которому не нужна правда.

В последние годы Абдрашитов вёл мастерскую во ВГИКе, как когда-то его учитель Михаил Ромм. Вкладывался в учеников — Алексея Мизгирева, Петра Буслова. Может, в этом и был его тихий ответ на вопрос «почему не снимал». Он не сдался — он учил других снимать так, как верил сам. Его кино осталось с нами — как совесть эпохи, которая не боялась сложных вопросов. И в этом его главная победа.