Знаменитые дети голливудских звезд: кто такие непо-бейби

Скажем прямо: последние пару лет без разговоров о кумовстве в Голливуде не обходится ни одно приличное обсуждение кино. И началось всё, как это часто бывает, с «Эйфории». Сидим, смотрим, тут вдруг — бац! — Мод Апатоу. Юная, талантливая, многообещающая. А еще дочка Джадда Апатоу и Лесли Манн. Фанаты быстро смекнули: термин «непо-бейби» прижился, а интернет-сыщики рванули копаться в голливудских семейных альбомах. Вскрылось — будь здоров.

Дакота Джонсон. Тут вообще династия, третье поколение. Мама — та самая Мелани Гриффит, икона восьмидесятых. Папа — Дон Джонсон, чья крутка в «Полиции Майами» снилась полстраны. А бабушка, если что, Типпи Хедрен, которую Хичкок собственноручно муштровал на съемках «Птиц». Скажешь, без связей пробилась?

Лили-Роуз Депп. Ну тут двойная порция звездной пыльцы: Джонни Депп и Ванесса Паради. Лили-Роуз, пожалуй, единственная из непо-бейби, кто рискнул публично защищаться. В Elle дала интервью: мол, давление колоссальное, критикуют с утроенной силой. Знаете, подействовало слабо. Хейтеров это только раззадорило.

Зои Кравиц — опять третье поколение. Ленни Кравиц и Лиза Боне за спиной, бабушка Рокси Рокер — одна из первых чернокожих звезд экрана. Зои на удивление спокойна: ну да, семья актерская, я продолжаю, и что такого? Папа Ленни вон официально заявляет — дочь сама всё сделала. Вопрос только, где кончается воспитание и начинается протекция. Да кто ж разберет.

Патрик Шварценеггер. Тут фамилия говорит сама за себя, даже пояснять ничего не надо. Арнольд, Мария Шрайвер и дядя, между прочим, президент Кеннеди в родственниках. Патрик с детства снимался, но до «Белого лотоса» всё как-то не взлетало. А там — бац! — роль богатого мажора, который паразитирует на отцовском имени. Иронично до невозможности. Или это метод? Или просто совпадение?

А вот Купер Хоффман — случай особенный. Сын великого Филипа Сеймура Хоффмана, но сам в актеры не рвался. Совсем. А потом отца не стало, Куперу одиннадцать, не до кино. Через годы Пол Томас Андерсон — друг семьи и режиссер, снимавший отца — позвал его на главную роль в «Лакричной пицце». Ну как тут откажешь? И ведь не прогадал: «Золотой глобус» номинировали, парень справился. И всё равно вопрос: без фамилии позвали бы?

Джек Куэйд. Мег Райан и Деннис Куэйд, это вам не шутки. Он аккуратно начинал с массовки в «Голодных играх», но проснулся знаменитым уже Хьюи из «Пацанов». А теперь еще Нолан, «Оппенгеймер», Илья Найшуллер. Карьера на взлете. И ведь никто уже не помнит, что он сын тех самых. А может, и не важно?

Рэй Николсон — тут история другая. Он отцовское наследство не прячет, наоборот — эксплуатирует на полную катушку. Улыбка Джека Николсона, бровь, взгляд исподлобья. В «Улыбке» Финна и в комедии «Ночь с психопатом» он играет одно и то же: молодого безумца, копирующего старшего Николсона. И это работает. Но, боже, это же чистой воды сияние — в обоих смыслах.

Маргарет Куолли, дочь Энди Макдауэлл, устроила в 2024-м настоящий бенефис. «Субстанция», «Виды доброты», «Красотки в бегах» — три громких премьеры. Сразу видно, прорыв. И уже никто не спрашивает, как попала в индустрию. Просто смотрят.

Майя Хоук. Дочь Умы Турман и Итана Хоука. Знакомая траектория: Тарантино, «Однажды в Голливуде» (вместе с Куолли, кстати), потом «Очень странные дела». Роль второго плана, но фанаты ее обожают. Прорыв? Пока ждем. Но явно не за горами.

Джон Дэвид Вашингтон. Дензел, Полетта — и сын, который лет до двадцати восьми вообще плевать хотел на кино. Он в футбол играл. Профессионально. Ахилл порвал — и пошел в актеры. Связки рвутся, а фамилия остается. И вот вам: «Черный клановец», «Довод» Спайка Ли, серьезные роли. Призвание или стечение обстоятельств? Футбол не спросишь.