«Брат‑2»: как саундтрек стал народным альбомом 2000‑х

Андрей Гореликов как-то сказал: есть саундтреки, которые продаются отдельно от фильма, и есть саундтреки, которые становятся фильмом сами по себе. «Брат-2» — это второй случай. Точнее, это случай, когда музыка и кино срослись так плотно, что уже не разорвать. Данила Багров шагает по Чикаго, а в наушниках у каждого из нас — «Сплин», «Би-2», Земфира. И это не просто песни. Это — документ эпохи. Мы открываем новую рубрику, и начинаем с главного.

Кассеты с надписью «Брат-2. Музыка к фильму» были в каждой палатке. Их покупали те, кто фильм ещё не видел. Просто потому, что там «Полковник» и «Искала». Просто потому, что это звучало так, будто кто-то наконец спел про тебя. И сейчас, спустя двадцать с лишним лет, любой сорокалетний мужик с гитарой на даче начинает именно с этого. Проверено.

Удивительно, но почти все треки в саундтреке — новинки. Свежие, только записанные. «Дорога» «АукцЫона» и «Прощальное письмо» «Наутилуса» — редкие исключения, хиты из прошлого. Остальное — группа «Би-2», которую без этого фильма, возможно, так и слушали бы только в Екатеринбурге. Земфира, чей второй альбом «Прости меня, моя любовь» вдруг оказался в тени сборника киномузыки. Продажи саундтрека побили даже её рекорды. И это о чём-то говорит.

Подборку делали не наугад. Балабанов опирался на Михаила Козырева, тогдашнего капитана «Нашего радио». Отсюда — никаких Шнура, никакого Летова (хотя Летова режиссёр откроет для себя позже, перед самой смертью). И никакого «Мумий Тролля». Легенда гласит: Илья Лагутенко отказался сам. Сказал, что не хочет ассоциироваться с криминалом. Изысканный, барочный, совсем не «настоящий» Лагутенко — он просто был из другого мира. А в мире Данилы Багрова такие песни не в ходу.

А вот «Океан Эльзы» — пожалуйста. Святослав Вакарчук со своей львовской командой звучит именно в те моменты, когда Данила собирает оружие. Не в насмешку над украинцами, нет. Скорее — как знак: братья всё-таки ближе, чем кажется. Даже если один в Чикаго, другой — в Киеве, а мафия говорит с одинаковым акцентом.

Главное, что сделал этот саундтрек — он смешал. Смешал «АукцЫон», который раньше слушали только эстеты, с «Би-2», которых крутили по MTV. Смешал поколения, вкусы, сцены. И оказалось, что никакой иерархии нет. Есть только правда. А правда, как завещал Ницше, — в музыке.

Всё это — гитарный рок. Не тяжёлый, не лёгкий, а ровно такой, чтобы под него можно было идти по улице, сжимая кулаки в карманах. Настроение — тревога. Тревога человека без дома, без тыла, без плана. Тревога девяностых, которые уже заканчивались, но никто не знал, чем именно. И рядом — романтика. Потому что почти все песни, если вслушаться, о любви. И Данила, при всей своей каменной челюсти, легко укладывает в постель и поп-звезду, и американскую телеведущую. Потому что он настоящий. А за настоящим идут.

В советском кино музыка работала иначе. Там была одна главная песня. Как в «Весне на Заречной улице». Или герои пели сами — как в «Иронии судьбы». Или включали магнитофон. Даже у Сергея Соловьёва, в его рок-саундтреках, Цой появлялся лично, собственной персоной, и «зажигал» зал. У Балабанова — ничего такого. Песни звучат как бы сами собой, из воздуха. Иллюстративно. Ассоциативно. «Город-сказка» — когда Данила выходит от Салтыковой. «Дорога» — когда братья едут в аэропорт. «Искала» — когда он ищет цель. «Линия жизни» — когда умирают. «Варвара» — когда собирают оружие. И только у одного героя есть своя, персональная тема. У старшего брата. Виктор Сухоруков, «Вечно молодой, вечно пьяный». Это его песня. Не Данилы. Запомните это.

Саундтрек «Брата-2» — это не просто сборник песен. Это способ объяснить нулевые самим себе. И, кажется, он до сих пор работает.