«Человек-слон» Дэвида Линча: как реальная история стала культовым киношедевром

В российских кинотеатрах наконец-то можно увидеть «Человека-слона» Дэвида Линча. Знаете, это не просто фильм. Это первая голливудская работа режиссера-загадки и абсолютно уникальное явление в истории кино. Как Линчу удалось превратить реальную историю викторианского «уродца» в сюрреальный шедевр? Давайте разбираться вместе, это того стоит.

В основе — подлинная трагедия. Джозеф Меррик родился в викторианской Англии, страдал от ужасной болезни, мечтал о простом человеческом счастье, стал цирковым экспонатом и умер в 27 лет. До сих пор нет единого мнения, что это был за недуг. Известно лишь, что до пяти лет мальчик был обычным ребенком, а потом его тело и лицо начало необратимо меняться. После смерти любимой матери его жизнь превратилась в ад: злая мачеха, бродячий цирк уродцев, и наконец — встреча с доктором Фредериком Тривзом. Кажется, спасение? Не всё так просто.

Доктор Тривз был знаменитым хирургом. Сначала он заинтересовался Мерриком как медицинским курьезом. И лишь позже, к своему изумлению, обнаружил, что под чудовищными наростами скрывается умный, тонко чувствующий, начитанный человек. Именно Тривз после неудачных гастролей Меррика по Европе взял его под свое крыло, представил высшему свету. И именно он в своих мемуарах по ошибке (а может, намеренно?) назвал его Джоном. С этим именем — Джон Меррик — Человек-слон и вошел в историю культуры. Ирония судьбы: внучатый племянник самого Тривза сыграл небольшую роль в фильме Линча.

А теперь — магия кинопроизводства. У сценариста Кристофера Де Вора была подруга, работавшая няней у детей продюсера Джонатана Сэнгера. Она уговорила того прочитать сценарий. Сэнгер не был голливудским тузом, но он знал Мэла Брукса — короля комедии. Брукс прочитал историю Меррика… и расплакался. Именно его поддержка и финансы (хотя он попросил убрать свое имя из титров, чтобы не ждали комедии) позволили фильму состояться. Сэнгер затем показал Бруксу дебют Линча «Голова-ластик». И судьба проекта была решена.

Но почему именно Линч? Викторианская Англия в его исполнении — это не просто исторические декорации. Это эпоха спиритизма, веры в эфир, общения с потусторонним. Казалось бы, реалистичная биография, но Линч наполняет её своим фирменным сюрреализмом. Бродячий цирк уродцев — это же чистейшая теневая сторона ханжеского, «застегнутого на все пуговицы» общества! Кстати, в комиксе Алана Мура «Из ада» Человек-слон общается с Джеком-Потрошителем. Позже Линч будет вытаскивать жуть из солнечных американских пригородов, а здесь он тренировался на мрачной английской готике. Чувствуете связь?

Операторское решение тоже гениально. Фильм снят в черно-белом цвете, но это не просто стилизация. Оператор Фредди Фрэнсис, обладатель «Оскара», который 15 лет не работал по специальности, вернулся за камеру ради этой истории. Он использовал старую пленку Kodak Plus-X, чтобы добиться эффекта оживших фотографий XIX века. Каждый кадр — как послание из прошлого, дышащее подлинностью.

Отдельная история — создание образа самого Меррика. Линч, мастер визуальных кошмаров (вспомните младенца из «Головы-ластика»!), не смог придумать дизайн самостоятельно. Грим создавал гений спецэффектов Крис Тэйкер. Это была титаническая работа: протезы, которые актер Джон Хёрт носил по 12-14 часов в сутки, превращали его в настоящего Меррика. И это не уродство ради уродства — это физическое воплощение одиночества.

Но главное оружие Линча — звук. Вместе со звукорежиссером Аланом Сплетом он создает акустическую вселенную, которая выводит зрителя из равновесия. Фоновые шумы, неясные скрипы, далекие стоны — они не всегда связаны с тем, что происходит на экране. Они словно доносятся из самых глубин этого искаженного мира, как жалоба самой души Меррика. Это и есть почерк Линча: показывать не внешний ужас, а внутреннюю, сокрытую боль. После такого фильма уже не можешь смотреть на мир прежними глазами, согласны?