«Джентльмены» Гая Ричи: каким получился сериал Netflix

Пять лет назад Гай Ричи вдруг напомнил, что он не только по кепкам и «Картам, деньгам…», но и по идеально скроенным костюмам, под которыми скрывается грязный криминальный бельевой шов. «Джентльмены» тогда стали бальзамом на душу: Мэттью МакКонахи с сигарой, Колин Фаррелл в пуховике, Хью Грант с ноутбуком — эталонное британское хулиганство, приправленное джентльменским кодексом. Теперь Netflix выдал сериальный спин-офф. Ричи снова здесь: шоураннер, соавтор, режиссёр двух эпизодов. Но куда-то подевался тот самый лоск. А вместе с ним — и магия.

Знакомьтесь: Эдвард Хорнимэн, он же новоиспечённый герцог Холстедский. Тео Джеймс играет офицера, который только что вернулся с Ближнего Востока прямиком на похороны отца. Старый герцог, надо отдать ему должное, оказался хитрее лиса: титул и поместье он завещал младшему сыну, а старшему — Фредди (Дэниэл Ингс) — оставил роль вечного кутилы без гроша в кармане. И тут, как по нотам «Крёстного отца», является Сьюзи Гласс. Кая Скоделарио входит в кадр, цокая каблуками, и делает предложение, от которого не отказываются: «Ваш папа сдавал нам землю под плантации. Мы платили. Хотите так же?» Эдди, конечно, хочет. Только на время. Но мы-то знаем, чем заканчиваются такие «временные» договорённости.

Дальше — калейдоскоп типажей, будто сошедших с раскадровок Ричи. Торчки, боксёры, загадочные миллиардеры, цыгане с ножами, женщины с мачете, священники-садисты, аристократы-фашисты и ушлые журналисты. Всё на месте. Кроме одного — обаяния.

В фильме 2019 года конфликт поколений был движком сюжета. Старая школа (МакКонахи, Фаррелл, Грант) смотрела на молодняк с высоты своего опыта и слегка поджаренных виски голосовых связок. Здесь же потомственная знать и новая криминальная элита обмениваются улыбками, от которых хочется помыть руки. Эдди слишком правильный. Фредди слишком дурацкий. Сьюзи слишком серьёзная. Нет той искры, когда герои не стесняются быть карикатурами, но при этом заставляют тебя на них молиться.

И вот тут самое обидное. Ричи на короткой дистанции — гений импровизации, балагур, способный час рассказывать, как он ходил за хлебом, и ты будешь сидеть с открытым ртом. На дистанции в восемь серий его начинает заклинивать. Он повторяет свои же шутки, как заезженная пластинка. Охотник за сенсациями? Был. Фурия в автосалоне? Проезжали. Допрос с ядом? О, это мы уже видели. И собаки, бедные собаки, снова глотают то, что не предназначено для собачьего желудка. Ричи, ну сколько можно?

Фанаты, конечно, проглотят. Потому что это «Гай Ричи, детка!». Потому что там мелькает знакомый вайб. Потому что при всём самоповторе он всё ещё снимает красивее, чем половина стриминговых ремесленников. Но внутри сидит червячок: а не превратился ли любимый рассказчик в того самого деда, который каждое застолье начинает с «А вот помните, как мы тогда…»? Помним, Гай. Помним. И очень хотим, чтобы следующий анекдот был новым.