Эволюция образа Ван Хельсинга в кино: от учёного до охотника на вампиров

Вот так да! Фильму «Ван Хельсинг» с Хью Джекманом и Кейт Бекинсейл уже исполнилось 20 лет. За это время образ неутомимого борца с нечистью претерпел фантастическую эволюцию. Из педантичного голландского профессора он превратился в супергероя, комичного старика и даже в маниакального фанатика. Давайте же проследим этот путь — от первого появления на экране до современных интерпретаций. Как вампиролог стал поп-культурной иконой?

Всё началось с романа Брэма Стокера. Его Абрахам Ван Хельсинг — специалист по таинственным болезням, вызванный из Нидерландов, чтобы разобраться со странными симптомами Люси Вестенра. Это мудрый, опытный мужчина с кустистыми бровями, который открывает героям страшную правду: в мир вторгся вампир. Он проводник в сверхъестественное, советчик и, в конечном счёте, лидер экспедиции, уничтожающей невест Дракулы. Интересный нюанс: в книге он — учёный с широким кругозором, а не профессиональный охотник. Этот статус ему даровало уже кино.

Первая крупная экранизация 1931 года от Universal представила нам Ван Хельсинга в исполнении Эдварда Ван Слоуна. Именно здесь профессор впервые лично вонзает осиновый кол в сердце Дракулы (Бела Лугоши). В карманах у него чеснок и распятие, в голове — энциклопедические знания. Но он ещё не тот безжалостный боец, каким мы его знаем сегодня. Скорее, очень компетентный учёный, вынужденный взяться за оружие.

А вот настоящим иконой охотника он стал благодаря Питеру Кушингу. В серии фильмов студии Hammer, начиная с 1958 года, Кушинг создал образ, который многие считают каноническим до сих пор. Его Ван Хельсинг — беспощадный, интеллигентный и невероятно изобретательный боец со злом. Актер сыграл не только самого профессора, но и его потомков, фактически основав целую династию охотников на вампиров. Разве не гениальный ход?

Дальше пошла игра с амплуа. В версии 1979 года Лоренс Оливье играет пожилого, уставшего голландца, который даже говорит на родном языке. Здесь возраст и горе берут верх — его дочь становится жертвой вампиров, а сам он проигрывает битву. В комедии Романа Поланского «Бал вампиров» (1967) профессор Абронсий — и вовсе пародия: чудаковатый старик, чья учёность постоянно вступает в противоречие с нелепыми ситуациями. Выходит, образ может быть не только героическим, но и трагическим, и комическим.

А вот Энтони Хопкинс в «Дракуле» Копполы (1992) — это нечто совсем иное. При всей верности книжному сюжету, его Ван Хельсинг — не冷静ный учёный, а эксцентричный, почти маниакальный фанатик. Почему Коппола пошёл на такой шаг? Загадка. Но игра Хопкинса, как всегда, безупречна, добавляя образу новую, безумную грань.

Кульминацией пародийной линии стал Мэл Брукс в «Дракула: Мертвый и довольный» (1995). Его профессор не просто борется с графом (Лесли Нильсен), но и устраивает с ним словесную дуэль на… древнемолдавском. Абсурд и юмор доведены до предела, доказывая, что над любым, даже самым серьёзным архетипом, можно от души посмеяться.

И, наконец, знаковый для нового поколения образ — Гэбриэл Ван Хельсинг в исполнении Хью Джекмана (2004). Здесь от профессора осталась только фамилия. Гэбриэл — агент Ватикана, суперсолдат, вооружённый до зубов футуристическим оружием. Он не исследует — он уничтожает, сражаясь с целым пантеоном монстров. Это Ван Хельсинг как голливудский экшн-герой, этакий Джеймс Бонд от мира сверхъестественного. Радикальный, но очень запоминающийся поворот.

Эволюция продолжается и сегодня. В сериалах «Дракула» (2020) и «Ван Хельсинг» (2016) мы видим уже не одного охотника, а целые династии, часто — женские. Профессор из индивидуального героя превратился в бренд, в архетип, который можно бесконечно переосмыслять. От учёного до суперагента, от трагика до комика — вот такой невероятный путь проделал за век с лишним доктор вампирских наук. И кто знает, каким он предстанет перед нами завтра?