Фильмы Кирилла Соколова: российское кино в духе Тарантино

В Okko появилась новинка — фильм Кирилла Соколова, пожалуй, самого неординарного режиссёра в современном российском кино. Его новая работа «Оторви и выбрось» — это очередной эксперимент. Давайте разберёмся, чем она цепляет, и найдём как минимум четыре причины обратить внимание на творчество этого автора. Уверен, вы удивитесь.

Сюжет «Оторви и выбрось» кажется простым, но в этой простоте — вся его сила. Фильм отчасти основан на детских воспоминаниях супруги режиссёра, Виктории Коротковой, которая и играет главную роль. Её героиня, Оля, выходит из тюрьмы и возвращается в родную деревню. Ненадолго. Она забирает свою дочь из-под гиперопеки бабушки, которую великолепно играет Анна Михалкова, и срывается в город — начинать жизнь заново. Но бабушка, Вера Павловна, не намерена сдаваться. Она вместе с одноглазым зятем Олегом, тем самым, из-за которого Оля и села, пускается в погоню. Звучит как идеальная основа для драмы, не правда ли?

Соколов, однако, использует криминальный сюжет не для дешёвых трюков. Возьмите его предыдущий фильм, «Папа, сдохни». Это не просто мрачный триллер, а серьёзная попытка вскрыть природу насилия в нашей действительности — и домашнего, и системного. Герои там не слышат друг друга, а привилегии одного из них, опера Андрея Лиховского (невероятно мощная роль Виталия Хаева), позволяют беспределу разрастаться. Фильм превращается в идеальную метафору полицейского государства: когда охранители порядка сами становятся источником хаоса, общество обречено. Страшно? Ещё бы.

В новой работе Соколов идёт ещё дальше. «Оторви и выбрось» — это фильм о том, как насилие передаётся по наследству. Параллельно основной погоне разворачивается вторая сюжетная линия — про надзирательницу (Ольга Лапшина) и её сына-коллегу (Данил Стеклов). Их история — трагикомичная миниатюра о том, как дети перенимают роковые амбиции родителей. Улавливаете связь? Насилие системное порождает насилие личное, и разомкнуть этот круг почти невозможно.

И вот что удивительно: несмотря на всю мрачность тем, Соколов никогда не демонизирует своих героев. Они скорее потерянные и напуганные, их поступки диктует глубинный страх. Режиссёр умудряется сохранять к каждому из них человеческое, почти любовное отношение. Это видно и в деталях быта — в тех самых ковриках на стене и запылённых сервантах, которые делают персонажей до боли узнаваемыми. Это читается и в гриме: одноглазый Яценко и постаревшая Михалкова выглядят не карикатурно, а… очаровательно. Как ему это удаётся?

В «Оторви и выбрось» Соколов добавляет в свою формулу ещё один ингредиент — вестерн. Да-да, вы не ослышались. Это фильм-погоня, с дуэлями, засадами и томительным ожиданием в лесах русской глубинки. Только вместо ковбоев — бабушка с одноглазым зятем, а вместо благородного стрелка — бывшая заключённая с ребёнком. Получается одновременно смешно и точно: это не попытка скопировать голливудский шаблон, а честный ответ на вопрос, как выглядел бы вестерн в российской действительности. И знаете что? Это работает.

Отдельная магия Соколова — в работе с актёрами. В «Папа, сдохни» Александр Кузнецов превращается в жалкого и до слёз смешного киллера, а Виталий Хаев — в беспринципного силовика. Ту же игру он проводит и в новой ленте: Александр Яценко вновь играет неуверенного, сломленного мужчину, а Анна Михалкова — властную деревенскую матрёну. С одной стороны, это знакомые нам типажи, корни которых уходят в традиции русского кино. С другой — такой кастинг всегда оказывается неожиданным и точечным. Соколов уважает традицию, но не боится её переворачивать. И в этом, пожалуй, его главная сила.