Годзилла: История эволюции короля монстров за 70 лет на экране

Знакомьтесь, наш юбиляр — Годзилла. Ему почти 70, и он один из самых узнаваемых монстров в истории. Его знают даже те, кто никогда не смотрел фильмы с его участием. Кажется, что это просто огромный ящер, ломающий небоскребы. Но на самом деле, его история куда глубже и драматичнее. К выходу грандиозного «Годзилла против Конга» в Okko давайте совершим путешествие во времени и разберемся, откуда он взялся, как менялся и почему стал настоящим королем монстров.

Первый Годзилла, появившийся в 1954 году, не был ни милым, ни смешным. Это было чудовище в чистом виде — ходячая метафора ядерных бомбардировок Хиросимы и Нагасаки. Именно такую идею вынашивал продюсер Томоюки Танака. Годзилла был богом разрушения, древним духом стихии, который мог быть и добрым, и злым. Он пугал и завораживал одновременно, словно пробуждая в нас генетическую память о временах, когда планетой правили динозавры. Чувствуете разницу с современным блокбастерным героем?

Оригинальный фильм — это важнейшее кино XX века. Почти десять лет Япония не могла открыто говорить о травме атомных взрывов из-за цензуры оккупационного правительства США. И вот появился Годзилла. Его кожа, испещренная шрамами, как у жертв радиации, его голова, повторяющая гриб ядерного взрыва. Пятидесятиметровый ящер сносил вышки, сжигал мосты и крушил хрупкие японские домики. Метафора была настолько мощной, что ее невозможно было не понять.

Трудно отделаться от мысли, что эта музыка повлияла даже на классика — польского композитора Кшиштофа Пендерецкого, написавшего свой знаменитый «Плач по жертвам Хиросимы». Пронзительный, диссонирующий звук, который позже полюбили Кубрик и Линч. А Ифукубэ работал с Toho и Хондой десятилетиями. Его тема стала голосом Годзиллы — все попытки заменить ее проваливались. Выходит, у монстра есть не только образ, но и уникальный, узнаваемый звук.

Потом наступила эпоха шаблона: Годзилла сражается с другим монстром и побеждает. Он летал с помощью реактивного дыхания, бил врагов, разгоняясь на хвосте. Он стал почти комичным героем субботних матчей. Но однообразие в итоге всех утомило. В 1975 году «Террор Мехагодзиллы» грандиозно провалился. Это был последний фильм Хонды о монстре и точка в первой, самой важной эре Годзиллы. Интересно, что бы сказал создатель, увидев своего серьезного монстра в роли почти что супергероя?

В 1984-м Годзиллу вернули, сделав его снова угрозой. Сюжет умело сплел атаку на Токио с противостоянием советской и американской подлодок. Но и тут не обошлось без вмешательства: американцы снова перекупили права и перемонтировали фильм, вставив своего журналиста и сделав советского командира «кровожадным монстром из империи зла». Даже ядерный ужас стал разменной монетой в идеологической войне.

Эра Миллениума подарила шесть добротных, но предсказуемых фильмов. Годзилла то рос, то уменьшался, его облик слегка менялся. Суть оставалась прежней: битва титанов. Финальный аккорд — «Годзилла: Финальные войны» (2004) — собрал почти всех кайдзю за историю и даже высмеял слабенького американского «Зиллу» от Эммериха. Увы, этот самый дорогой фильм франшизы стал и самым громким провалом со времен 1975 года. Король снова ушел в тень.

Сегодня Годзилла — это такая же часть японской культуры, как фильмы Куросавы или Одзу. Только Япония смогла создать свою грандиозную фантастическую вселенную, сравнимую по масштабу с голливудскими. Он живет в комиксах, играх, мультфильмах. Его влияние колоссально: от «Челюстей» Спилберга до пародий в «Южном Парке». Говорят, даже первый студенческий фильм Джона Карпентера был про битву монстров. Так что, в каком-то смысле, без Годзиллы не было бы и современного хоррора. Вот такой он, король — древний, меняющийся и вечный.