«Гостья»: фантастика или драма об одиночестве

Допустим, к вам в дверь звонит странная девушка. Не знает, кто она, откуда, и явно никогда не пользовалась тональным кремом. Ваши действия? Героиня нового сериала «Гостья» поступает просто: пускает, кормит и не задаёт лишних вопросов. Наверное, потому что одинокой женщине за сорок в Москве иногда не хватает не столько романтики, сколько простого человеческого тепла. И тут в её жизни появляется Марина — то ли инопланетянка, то ли жертва сурового эксперимента, то ли просто человек с самой странной биографией на свете.

Режиссёр Иван Петухов, подаривший нам жутковатых «Сестёр» и абсурдный мокьюментари о пропавших носках, вдруг берёт и смешивает фантастику с бытовой драмой. Сценарий написала Настя Кузнецова — у неё за плечами «Вика-ураган» и «Асфальтовое солнце». Первое, что приходит в голову: «Очень странные дела», только Марина постарше Одиннадцати, и вместо компании мальчишек-ботаников у неё — Зоя, женщина с усталыми глазами и нерастраченной нежностью. И никакой Пустоты, никаких монстров изнанки. Или монстры всё-таки будут, но другие? Пока неясно.

Кстати о Даше Верещагиной. Второй раз за год она играет «нездешнюю». В «Сто лет тому вперёд» с этим было проще: там всё по Киру Булычёву, вот Алиса, вот космос, вот задачи. Тут — сплошные вопросы. Но актриса в этой роли невероятно органична. Смотришь и веришь: да, она действительно не знает, зачем нужна тушь для ресниц. И да, ей действительно смешно от того, как Зоя отжигает под Татьяну Буланову.

И вот это самое интересное. Пока зритель ждёт инопланетных чудес, сериал ловко подсовывает нам другое: исповедь на кухне. Зоя танцует, Марина впервые в жизни смеётся не над шуткой, а от ощущения, что её приняли. Зоя говорит о будущем так, будто его нет. «Всё хорошее уже случилось», — читается в каждой её морщинке. И она не требует от Марины объяснений. Просто стелет постель, наливает чай, становится кем-то средним между матерью и старшей сестрой. За двумя эпизодами следишь уже не ради фантастической интриги, а ради этих двоих. Контрастных, непохожих, притянутых друг к другу магнитом одиночества.

А потом случается поворот. У Марины обнаруживается список. Мужчины, имена, адреса. И это уже не потерявшийся котёнок, а кто-то пострашнее. Вспоминается «Побудь в моей шкуре» Джонатана Глейзера — там Скарлетт Йоханссон раздевала мужчин догола, не прикасаясь. Наша героиня, конечно, погорячее будет, эмоции бьют через край. Но идея та же: беззащитность — всего лишь маска. И под ней может скрываться что угодно.

Сравнение с британским фильмом, увы, не в пользу «Гостьи». Там каждая сцена — выверенный кадр, там визуальный ряд гипнотизирует. Здесь — телевизионная картинка, скромные интерьеры, минимум спецэффектов. Но, может быть, это и честнее? Чужая среди нас — это не про летающие тарелки и лазеры. Это про человека, который смотрит на твою жизнь и не понимает, зачем ты её так усложнила. И от этого становится не по себе. Или тепло. Смотря кто к вам постучался.