Художница по костюмам «Мили» — о Барби, гранже и коровьем принте

Когда смотришь трейлер «Мили», первая мысль: «Ого, Карина Зверева в розовом бомбере с сердцем на спине — это отсылка к „Драйву“?». Вторая: «А почему у той девчонки сумка в виде гуся?». Третья: «Желтый смайлик на тапках — это же целое высказывание». Оксана Мафагел и Елизавета Варвара Аранова сняли комедию о 39-летней секс-работнице, которая хочет стать инфлюенсером, и наняли художницу по костюмам Евгению Дьякову. А она, судя по всему, написала диссертацию по каждому персонажу. Давайте разбираться, как в «Миле» одежда стала характером.

Евгения читает сценарий и сразу видит людей. Миля для нее — не секс-работница, а «человек, который дарит людям безграничную любовь». Инфантильная, наивная, яркая. Кукла, которая вырвалась из витрины и теперь сама выбирает наряды. Отсюда розовый, красный, сердечки на всём: сережках, сумках, джинсах, даже на шубе. А бомбер с вышитым именем и сердцем на спине — прямой реверанс в сторону Райана Гослинга из «Драйва». Только там был скорпион, здесь — любовь. Миля не мстит, она ищет себя. И перевоплощается так часто, как другие меняют носки. Вилланель из «Убивая Еву» и Барби — два полюса, между которыми она танцует. Иногда на шпильках, иногда в коровьем принте.

Варя — гранж. Серый, выстиранный деним, нарочитая небрежность. Но если присмотреться, у нее везде желтый. Поясная сумка, принты, украшения. Домашние тапки с желтыми смайлами. Смайл — ее тотем. Потому что Варя хочет быть стендап-комиком, а смех — это всегда про контраст. Дьякова признается: вдохновлялась Ру из «Эйфории» и Роб из «Меломанки». Но желтый цвет здесь — личная заявка Вари на право быть замеченной. Даже если ты бунтарь, тебе нужно, чтобы тебя услышали.

Ксюша — полная противоположность. Синий, цветочный принт, мягкость. Ее гардероб — это объятия, которые она не всегда получает от людей. Объемный вязаный кардиван в полосочку — буквально дом, который можно надеть и спрятаться. «Он большой и мягкий, в нём чувствуешь себя как под одеялом», — говорит Дьякова. А сумка в виде гуся — чистый инфантилизм, который у Ксюши не диагноз, а способ выживания. Ее референс — Кэсси из «Молокососов». Такая же нежная, такая же потерянная в мире, где выживают только дерзкие.

Самое смешное и сложное началось, когда потребовалось одеть «целую кучу секс-работниц». Дьякова пришла на площадку с баулами, набитыми до отказа. Скупали всё подряд, а на месте собирали образы как пазлы. Кого-то сделали милой, кого-то дерзкой, кого-то спортивной. Задача была — единство в разнообразии. Чтобы каждая девушка выглядела как отдельный персонаж, но все вместе — как хор, поющий одну песню. Получилось. Сцена с поиском папика для Мили — это не просто комедия, это модный показ профсоюза секс-работниц.

Отдельная гордость — трио комментаторов, которые открывают и закрывают серии. Панкуха, мамка, спортсменка. У каждой своя эстетика, своя правда. Они как греческий хор, только в кроссовках и с ирокезами.

И всё же коронный номер — ковбой. Миля в шляпе, штанах с коровьим принтом и косухе выходит на сцену стендап-клуба. Дьякова признается: это «История игрушек». Вуди, Базз Лайтер и вдруг — секс-работница из Петербурга, которая решила, что тоже имеет право на свою историю. Актриса Карина Зверева, по словам художницы, эти джинсы «буквально возненавидела». Согласилась, что образ гениальный, но ругалась каждый день. Это, кстати, тоже про характер. Миля — та, кого трудно носить, но невозможно забыть.

«Миля» — не столько сериал, сколько учебник по визуальной идентификации персонажа. Здесь не надо читать биографии, достаточно посмотреть на сумку. Сердечко? Миля. Гусь? Ксюша. Желтый смайлик? Варя. И где-то на заднем плане — коровьи пятна. Как напоминание: даже у самых странных нарядов есть душа.