Как сняли «Терминатора»: лихорадочный сон Кэмерона и кастинг Шварценеггера

Он пришёл из будущего, чтобы стереть прошлое. Но на его пути встали обычные люди. С этой, казалось бы, простой идеи началась история фильма, который навсегда изменил лицо фантастики и боевика — «Терминатор» Джеймса Кэмерона. Легенде в этом месяце исполняется 40 лет. Давайте вспомним, как возникла эта икона, рождённая в кошмарах, взращённая на дешёвых хоррорах и доведённая до совершенства безумной преданностью создателей. Вы готовы погрузиться в прошлое?

Дешёвый отель в Риме. Молодой режиссёр, приехавший поддержать прокат своего первого фильма — сиквела ужастика «Пиранья 2», — лежит в жару. В бреду ему является пугающее видение: хромированный скелет неумолимо шагает сквозь огонь. Этот образ навсегда врезался в сознание Джеймса Кэмерона. Можно ли представить, что один больной сон породит целую вселенную?

Сон оказался пророческим. Очнувшись, Кэмерон схватил карандаш и начал делать наброски: «Металлический скелет, разрезанный пополам, ползёт по кафелю, цепляясь кухонным ножом. Он тянется к чему-то… ко *мне*». Так из лихорадочного бреда родился прообраз неумолимого убийцы.

Изначально Кэмерон видел в этом сюжете не эпическую фантастику, а дешёвый, кровавый слэшер в духе «Хэллоуина». Этот вариант сценария его собственный агент отверг с таким презрением, что режиссёр немедленно уволил его. Но зерно упало в почву. Кэмерон начал переписывать историю, двигаясь в сторону научной фантастики, но фантастики особой — мрачной, жестокой, не оставляющей места для уютного будущего «Звёздных войн».

Кэмерона не интересовал комфортный космос Спилберга и Лукаса. Его привлекала холодная, механистичная жестокость. Просмотр «Звёздных войн» вызвал у него не восторг, а «чувство узнавания» и мысль: «А что, если сделать это страшнее?» Его будущее было местом, где выживают, а не покоряют.

Сценарий был готов, но без денег он оставался лишь стопкой бумаги. Тут в историю вошла Гэйл Энн Хёрд, продюсер и будущая жена Кэмерона. Режиссёр, по легенде, заставил её поклясться, что она доведёт дело до конца. И она сдержала слово. Хёрд нашла дистрибьютора — молодую студию Orion Pictures, которая согласилась выпустить фильм, если кто-то другой даст деньги на производство. Так началась охота за бюджетом.

А теперь — один из самых гениальных кастинговых ходов в истории. Кэмерон встретился с Арнольдом Шварценеггером, чтобы обсудить роль Кайла Риза, солдата будущего. Но в ходе разговора режиссёра осенило: этот монолитный, гипнотический австриец говорил о Терминаторе с таким пониманием, словно уже видел себя в этой роли. Кэмерон предложил Арни сыграть киборга. Тот воспротивился: он хотел быть героем, эпическим воином вроде Конана, а не безэмоциональной машиной с 27 репликами на весь фильм. Но Кэмерон оказался упрямее. В каком-то смысле он победил самого Конана-варвара.

Роли были распределены. Сара Коннор досталась Линде Хэмилтон, Кайла Риза сыграл Майкл Бин. Даже первоначальному «прототерминатору» Лэнсу Хенриксену нашлось место — он стал полицейским Хэлом Вуковичем.

Но съёмки пришлось отложить. Шварценеггер был прикован контрактом к «Конану-разрушителю». Это вынужденное ожидание обернулось благом. За эти месяцы команда под руководством гениального спецэффектщика Стэна Уинстона разработала дизайн того самого эндоскелета. И здесь Кэмерон проявил свой перфекционизм: предложенный образ был настолько сложным, что человек в костюме был невозможен. Пришлось строить полноразмерную механическую куклу, которой управляли семь операторов!

Сам процесс съёмок участники вспоминают как сумасшедший, но вдохновляющий марафон. Никто не ждал шедевра. Бюджет был скромным, актёры не видели в этой работе судьбоносной роли. Единственным, кто горел идеей и давил на всех, был сам Кэмерон. Он контролировал каждый кадр, каждый взгляд, каждый механический щелчок Терминатора.

Летом 1984 года Кэмерон показал готовый фильм продюсерам Orion. Реакция была… неоднозначной. Но когда картина вышла в прокат, она собрала под 80 миллионов долларов и мгновенно стала культовой. Однако её истинная ценность — не в кассовых сборах.

«Терминатор» стал трамплином для всех, кто его создавал. Для Хёрд и Хэмилтон — стартом головокружительной карьеры. Для Кэмерона — подтверждением его гения и билетом в элиту Голливуда. И даже для Шварценеггера, которого режиссёр убедил, что его неповторимый акцент — не недостаток, а главное оружие. Эта картина, рождённая в лихорадочном сне, доказала, что настоящее кино начинается там, где кончаются условности и начинается безумная, всепоглощающая страсть к истории. I’ll be back? Он уже вернулся — навсегда.