Литва, Иран, Россия: главные фильмы фестиваля в Локарно — 2024

Локарно — это вам не Канны. Там нет яхт и селфи со звездами, зато есть настоящий киноэнтузиазм и умение разглядеть талант там, где другие проходят мимо. 77-й фестиваль только что захлопнул двери, и я перевариваю итоги. Литва внезапно стала главным поставщиком хитов: Сауле Блювайте с «Токсичностью» урвала «Золотого леопарда», а её соотечественник Лауринас Барейша увёз приз за режиссуру («Сёстры»). Россия тоже не пустая — коллектив Ataka51 с «Гимном чумы» взял серебро в коротком метре. Но фестиваль — это не только награды. Это ещё десять фильмов, которые вы, скорее всего, не увидите в широком прокате, но очень зря. Давайте по порядку.

«Токсичность»
Литовский городок, серый, промозглый, с индустриальными трубами на горизонте. Тринадцатилетняя Мария прихрамывает, но мечтает о подиуме. Её подруга Кристина готова глотать ленточных червей, лишь бы влезть в модельные стандарты. Девочки верят: Париж и Токио спасут их от нищеты и равнодушия взрослых. Блювайте сняла кино безжалостное и очень тихое. Хромота здесь не физический недостаток, а метафора всей их жизни.

«Мои сестры и я»
Сара — чемпионка, проигравшая бой. Она уходит из спорта, но судьба подкидывает странный контракт: тренировать трёх сестёр в иорданском дворце. Девушки заперты, как птицы в клетке, а четвёртую сестру держат вообще в подвале. Флорентина Хольцингер в роли Сары — идеальный проводник в этот мир золотых унитазов и абсолютного бесправия. Спортивная драма превращается в триллер о побеге, но главное здесь — взгляды сестёр. Они говорят без слов.

«Сёстры»
Ещё одна литовская драма, и снова про женщин. Две сестры с мужьями и детьми приезжают на выходные в загородный дом. Девочка чуть не тонет в озере, и этот эпизод запускает цепь трагедий. Лауринас Барейша снимает так, что обычный семейный уикенд превращается в античную трагедию. Никаких монстров, никакой мистики. Только люди, которые не слышат друг друга.

«У ручья»
Хон Сан-су снова здесь. И снова Ким Мин-хи. И снова разговоры за едой. Преподавательница ищет замену коллеге, который домогался студенток, и зовёт дядю-актёра. Тот репетирует пьесу, попутно флиртует с профессоршей, а Ким Мин-хи рисует ручей. Всё как обычно. И всё — чистое золото.

«Матери так не поступают»
Послеродовая депрессия, ворона в доме, тошнота у младенца — и вдруг по телевизору сюжет о матери, утопившей близнецов. Мария сходит с ума, или ей только кажется? Мар Колл снял фильм ужасов без скримеров. Только страх перед собственной несостоятельностью. И перед материнством, которое оказалось совсем не таким, как в рекламе.

«Боганклох»
Джейк Уильямс похож на Толстого, живёт в шотландской глуши, ловит дичь и слушает тишину. У него нет связи, интернета, почти нет людей. Бен Риверс снимает документальное кино, которое выглядит как притча. Никакой драмы. Просто человек, который выбрал быть один. И в этом выборе больше свободы, чем во всех боевиках фестиваля.

«Рассказ сестёр»
Лейла Амини сняла кино о собственной сестре. Насрин 14 лет в браке, двое детей, муж-тиран, который возвращается с работы в одиннадцать и требует ужин. Она хочет петь. В Иране женщинам запрещено петь на публике. Фильм — манифест. Тихий, но оглушительный.

«Гимн чумы»
Леонид Фёдоров и струнный оркестр записывают Пушкина в советском зале. Внезапно стена съедает мальчика, рояль разваливается, звукорежиссёр исчезает. Ataka51 смешивают хоррор и high art так, что не поймёшь, где кончается репетиция и начинается апокалипсис. Серебро Локарно — абсолютно заслуженно.

«Воробей в камине»
День рождения, две сестры, которые не разговаривают, мужья, дети, дом, где отец повесился в подвале. Рамон Цюрхер нагнетает так, что воздух становится плотным. Никакого насилия в кадре — только взгляды. И ощущение, что сейчас рванёт.

«Фревака»
Ирландия, бабушка с агорафобией, внучка с травмой, подвал, в котором, кажется, живут призраки. Эшлин Кларк снимает готический хоррор в деревенском доме, но главный монстр здесь — память. От неё не убежать, даже если переехать в другой конец страны.

«Пришить всех»
Швейцарская швея Барбара находит в лесу трупы и чемодан денег. Фредди Макдональд снял чёрную комедию, где героиня решает моральную дилемму: позвонить в полицию, сбежать или совершить идеальное преступление. Ив Коннолли в главной роли — открытие фестиваля. Такое ощущение, что за её невозмутимым лицом скрывается ураган.

«Растяжение дракона»
Бертран Мандико снова ломает экран. Полиэкран, рассинхрон, балет Стравинского, пес из ада и феминистский Конанн. Смотреть это одновременно невозможно и необходимо. Мандико не снимает кино — он проводит сеансы коллективной гипнотерапии. Или спиритизма. Точно не скажу.