О чем фильм «Анна Каренина»

Большая любовь в клетке из приличий: о чем фильм «Анна Каренина» Александра Зархи

Экранизировать Толстого — задача, за которую режиссеры берутся со страхом и трепетом. В 1967 году Александр Зархи представил свою версию «Анны Карениной», и она мгновенно стала классикой. Главный козырь фильма — Татьяна Самойлова, чья Анна получилась настолько живой и трагичной, что до сих пор считается одной из лучших в мировом кинематографе . Рядом с ней — ослепительный Василий Лановой в роли Вронского, и эта пара бывших в жизни супругов создает на экране невероятное напряжение .

Фильм начинается со знаменитой фразы: «Все счастливые семьи похожи друг на друга, каждая несчастливая семья несчастлива по-своему» . И дальше зритель погружается в водоворот страсти, которая переворачивает жизнь петербургского высшего света. Анна, жена важного чиновника Каренина (Николай Гриценко), приезжает в Москву мирить брата Стиву с женой. На вокзале она случайно встречает графа Вронского — молодого, блестящего офицера, который мгновенно теряет голову. Искра проскакивает между ними в ту же секунду, и удержаться от падения уже невозможно.

(Смотришь на эту встречу и думаешь: а что, если бы Анна не поехала в тот день на вокзал? Вся русская литература пошла бы по другому пути. Но, видно, судьба не спрашивает.)

Бег по замкнутому кругу

Каренин — не злодей. Гриценко играет его сухим, правильным чиновником, который искренне не понимает, как можно променять долг и приличия на «глупые чувства» . Он согласен простить, закрыть глаза, сделать вид, что ничего не случилось — лишь бы фасад оставался цел. Но Анна уже не может врать. Она уходит от мужа к Вронскому, теряя всё: положение в свете, друзей, а главное — любимого сына Сережу .

Вронский, в свою очередь, тоже попадает в ловушку. Он готов пожертвовать карьерой ради Анны, но светское общество не принимает «падшую женщину», и их жизнь превращается в бегство — сначала в Италию, потом обратно в Петербург, где Анна сталкивается с ледяным презрением тех, кто еще недавно искал ее общества .

Параллельно развивается линия Левина и Кити — та самая «правильная» любовь, построенная на взаимном уважении и близости к земле. Зархи намеренно вернул этих героев в сюжет, нарушив канон мхатовского спектакля, чтобы зритель мог сравнить две модели семьи и две женские судьбы . И сравнение выходит не в пользу Анны.

(Поразительно, как Майя Плисецкая, великая балерина, появившись в роли княгини Бетси буквально на несколько минут, создает образ такой стервозной светской львицы, что запоминается надолго .)

Стук колес как приговор

Развязка наступает неумолимо. Ревность, непонимание, ощущение тупика — Анна задыхается. Вронский все чаще отлучается, его тяготит роль любовника без будущего. Анна мечется, едет на вокзал, чтобы встретить его, и там, в грязной суете, под стук колес, принимает страшное решение. Та самая станция, где они встретились, становится местом ее гибели . Сцена, где она бросается под поезд, снята без лишней крови, но с такой мощью, что у зрителя перехватывает дыхание.

Фильм должен был участвовать в Каннском фестивале 1968 года, но студенческие волнения во Франции сорвали показ, и европейская премьера так и не состоялась . Для советского зрителя это, впрочем, не помешало — картину посмотрели больше 40 миллионов человек .

«Анна Каренина» Зархи — это не иллюстрация к школьной программе. Это история про выбор, за который приходится платить всем. Про то, как общество, еще вчера рукоплескавшее, может раздавить за попытку быть счастливой не по правилам. Самойлова играет Анну так, что мы не осуждаем ее за измену — мы плачем вместе с ней, чувствуя, как сжимается петля. И в финале, когда обрывки кружев и перья остаются на перроне, понимаешь: иногда любовь бывает сильнее смерти. Но жить с этим приговором невыносимо.