О чем фильм «Школьный автобус»

Гонка сквозь ад: о чём фильм «Школьный автобус»

8 ноября 2018 года стал чёрным днём для калифорнийского городка Парадайз. Пожар Camp Fire, самый смертоносный в истории штата, за сутки стёр населённый пункт с лица земли, унёс жизни 85 человек и уничтожил тысячи домов . Среди тех, кто оказался в эпицентре ада, был обычный водитель школьного автобуса Кевин Маккей. Режиссёр Пол Гринграсс, известный по трилогии о Джейсоне Борне, превратил эту историю в нервный, трясущийся, до мурашек реалистичный фильм .

Кевин (Мэттью Макконахи) встречает катастрофу в состоянии полного жизненного краха. Полгода назад умер отец, с которым он не общался. Сын-подросток Шон ненавидит его настолько, что желает смерти в лицо. Мать в инвалидном кресле, бывшая жена пилит по телефону, а любимого пса по кличке Элвис приходится усыпить в самое утро, когда загораются леса . На работе тоже нелады: начальство требует пройти техосмотр, а диспетчеры смотрят косо. Кажется, хуже уже некуда. Но именно в этот момент диспетчер Руби (Эшли Эткинсон) просит его выехать на срочный вызов: в местной школе застряли 22 ребёнка и двое учителей, а пламя уже подбирается к зданию .

Честно говоря, сцена, где Кевин слышит этот звонок и молча разворачивает автобус в сторону огня, говорит о нём больше, чем любые слова о благородстве.

Автобус, дорога и ни капли пафоса

В школе к нему присоединяется учительница Мэри (Америка Феррера) — образцовая педагог, которая даже в экстренной ситуации пытается действовать по протоколу и сохранять дружелюбие . Дети напуганы, связь с диспетчером рвётся, а вокруг уже полыхает всё: дома, машины, столбы, деревья. Дорога превращается в огненный туннель, и единственный шанс выжить — ехать прямо через ад, не останавливаясь.

Гринграсс снимает это своей фирменной трясущейся камерой, создавая эффект репортажа из пекла . Кадр то дышит в затылок водителю, то проваливается в дым, то следует за огнём, будто стихия — живой организм, пожирающий город . Автобус глохнет в самый страшный момент, двигатель не заводится, а пламя подбирается вплотную. Кевин рвёт свою рубашку на лоскуты, просит Мэри смачивать их, раздаёт детям как примитивные фильтры, чтобы те могли дышать . Он заклеивает вентиляционные отверстия, пытается тушить огонь огнетушителем, а когда тот кончается, просто продолжает ехать.

Эпизод, где автобус прорывается сквозь стену пламени, а детский крик смешивается с гулом огня, заставляет забыть, что это художественное кино. Хочется крикнуть им: «Давай, жми, ещё немного!»

Спасение и пепел

Параллельно мы видим работу экстренных служб: начальник пожарной охраны Мартинес (Юл Васкес) и его команда вынуждены признать, что потушить такое невозможно, и переключаются на эвакуацию . Виноватой окажется энергокомпания PG& E, чьё обветшавшее оборудование дало искру, но в фильме этот вопрос остаётся за скобками . Гринграсс сосредоточен не на поиске виноватых, а на том, как обычные люди в хаосе совершают невозможное.

Автобус всё-таки вырывается из огненной ловушки. Кевин довозит детей до эвакуационного центра в Чико, где их уже не ждали живыми . Родители плачут, обнимают школьников, благодарят. А Кевин ищет свою семью. Мать в инвалидной коляске уже в центре — сосед успел вывезти. А вот сын уехал с бывшей женой, не дождавшись отца.

Финал наступает через несколько дней. Кевин приезжает на пепелище своего дома — ничего не осталось, только обгоревшая земля и обломки. Он находит в золе обгоревшую рамку с фотографией сына, берёт её в руки. И в этот момент подъезжает машина. Шон выходит, смотрит на отца, и они наконец обнимаются. Подросток, ненавидевший родителя за его слабость и неудачи, увидел по телевизору репортаж о герое, который спас двадцать две жизни. И понял: его отец — не неудачник. Просто настоящие мужчины иногда доказывают это не словами, а делом.

Кстати, после титров нам сообщают, что настоящий Кевин Маккей осуществил свою мечту — получил педагогическое образование и теперь работает учителем в школе Фэйр Вью в Чико . А его сын, кажется, наконец им гордится.

«Школьный автобус» — кино нервное, местами слишком трясущееся и нарочито некрасивое. Но в этой некрасивости — правда. Потому что настоящие катастрофы не бывают гладкими и отполированными. Они пахнут дымом, гарью и человеческим страхом. И среди этого кошмара всегда находится тот, кто просто делает свою работу и тем самым спасает жизни. Даже если до этого дня его собственная жизнь летела в тартарары.