Образ 1990-х в кино: От «Бригады» до «Лихих» — главные мифы

11 сентября на Okko грядет важное событие — вторая глава сериала Юрия Быкова «Лихие». Основанная на реальных событиях драма вскрывает историю отца и сына — киллеров хабаровской группировки «Общак». Действие мечется между лихими 90-ми и тревожной современностью, где эхо того времени все еще отзывается. Это отличный повод задаться вопросом: а как вообще кино и сериалы показывали нам те годы? Давайте проследим, как менялся образ «девяностых» от прямых свидетельств к ностальгическим штампам.

В 1990-х и 2000-х: «Бандитский Петербург», «Брат», «Бригада»

Тогда это не было ностальгией. Это была живая, пульсирующая реальность, зафиксированная практически в режиме реального времени. Взять тот же «Бандитский Петербург» Андрея Константинова — сначала документальные очерки, а потом и сериал, ставший рамкой для понимания всего общества. «Брат», «Бригада»… Эти проекты не просто «были пропитаны криминалом» — они были его отражением. Так жили. Так дышали. Не было дистанции, чтобы осмыслить — была попытка выжить и запечатлеть.

В 1990-х и 2000-х: «Жмурки»

К началу 2000-х появилась возможность не только бояться, но и смеяться. Хотя смех этот был черным, как смоль. Алексей Балабанов в «Жмурках» совершил дерзкую операцию: позаимствовал эстетику кровавого фарса у Тарантино и примерил ее на российскую действительность. Получилось цинично, страшно и до жути узнаваемо. Интересно, «братки» в зале смеялись или хмурились?

В 1990-х: «Красотка», «Рабыня Изаура»

Пока одни выживали в перестрелках, другие мечтали о сказке. Паттерн «богатый принц + простушка из народа» захватил умы после бразильской «Рабыни Изауры». Это был уход в сладкую мечту, в формулу спасения. «Найти спонсора» — звучало почти как жизненная стратегия. Помните хит Алёны Апиной «Американ бой»? «Уеду с тобой, Москва, прощай» — это же чистый крик души того времени. Разве не так?

В 1990-х: «Интердевочка», «Роковое влечение», «Основной инстинкт»

Женские образы на экране тоже ломались, обретая новую, подчас шокирующую силу. У нас героиня Елены Яковлевой в «Интердевочке» шла на жертву, продавая тело для мечты. А в Голливуде уже вовсю властвовали роковые женщины-манипуляторши. Гленн Клоуз и Шэрон Стоун в «Роковом влечении» и «Основном инстинкте» показывали не жертв, а хищниц. Два разных мира, один запрос — на новую, опасную женственность, которая больше не боится брать то, что хочет.