«Одни из нас»: главная экранизация года и новый шедевр HBO

2003 год. Техас. Джоэл Миллер везет дочь на работу, ругается с братом по рации и даже не подозревает, что через несколько часов привычный мир рухнет. Не потому что гриб кордицепс вдруг решил эволюционировать, а потому что HBO наконец-то сделало то, чего фанаты ждали десять лет. Да, «Одни из нас» — это та самая экранизация The Last of Us, про которую все говорили: «Её невозможно перенести на экран». Спойлер: ещё как можно. И даже лучше, чем мы надеялись.

Всё начинается с Сары. Нико Паркер играет дочь Джоэла так, что вы влюбитесь в неё за десять минут экранного времени. Она проснётся ночью от странного шума, найдёт отца с пистолетом, сядет в машину — и дальше будет только хуже. Самолёты падают на автострады. Соседка превращается в нечто бьющееся головой о стену. Военные стреляют без предупреждения. И когда в финале пролога пуля находит свою цель, вы поймёте: этот мужчина с лицом Педро Паскаля больше никогда не будет прежним. И вы — тоже.

Дальше — двадцать лет спустя, Бостонская карантинная зона и девочка по имени Элли. Белла Рэмси играет её с той степенью дерзости и скрытой уязвимости, что заставляет забыть: в оригинале у неё были другие черты лица. Плевать на внешность. Важно то, как она смотрит на Джоэла. Сначала — как на очередного взрослого, которым нельзя доверять. Потом — как на того, кто не бросит. И вот тут сериал делает то, что видеоигра не могла себе позволить: он останавливается. Даёт героям дышать. В игре вы бежали, стреляли, выживали. В сериале — молчите, смотрите в окно, слушаете тишину. Некоторые зрители ворчат: «Где зомби? Где экшн?» А зачем? Грибные монстры здесь — не аттракцион, а напоминание. Щелкуны появляются редко, но когда их эхолокация разрезает воздух, становится страшно не из-за графики (она безупречна), а из-за осознания: эти люди живут в мире, где смерть может прийти из темноты. Мы же тоже прячемся от чего-то, правда?

Отдельная гордость — кто это снимал. Крэйг Мэйзин после «Чернобыля» мог бы почивать на лаврах, но вместо этого пригласил в режиссёрское кресло Али Аббаси (да, того самого иранца с «Убийцей „Святой паук“») и Ясмилу Жбанич, боснийку с «Золотым медведем». Для американского стриминга это дикость. Для нас — счастье. И ещё: Ксения Середа, операторка фильмов Кантемира Балагова, снимала несколько эпизодов. Балагов, кстати, сам должен был ставить пилот, но ушёл из-за разногласий. Жаль? Возможно. Но то, что мы видим, — уже почти идеально.

Кто-то скажет: «Медленно». Я скажу: «Вдумчиво». Потому что «Одни из нас» — не про погони. Это про то, как носить в себе потерю двадцать лет. Про то, как девочка, рождённая после конца света, учится смеяться. Про то, что иногда единственный способ спасти человечество — это полюбить одного конкретного человека. И знаете что? Если после финала первого сезона вы не почувствуете ком в горле — проверьте, на месте ли сердце. Моё точно куда-то упало, когда пошли титры.