Сковорода, синие волосы и Судный день: лучшие моменты Ба из «Манюни»

На Okko — тихий праздник. Вышел приквел «Манюни», и называется он «Манюня: Детство Ба». Мы наконец увидим ту самую Розу Иосифовну Шац не грозной бабушкой со сковородой, а маленькой девочкой, которая вместе с еврейской семьёй переезжает в армянский город Берд. Дорога — испытание. Обустройство — цирк. Зато появляется подруга Фая и местный мальчик с прекрасным именем Гамлет. И тут же — в омут приключений. Но пока юная Роза только учится быть той самой Ба, давайте вспомним, какой мы её полюбили. Властной, трогательной, ультимативно заботливой и совершенно невыносимо родной.

Джульетта Степанян — армянская актриса, которая сыграла еврейскую бабушку так, что теперь её невозможно представить другой. Она прошла с Розой Иосифовной несколько сезонов, полный метр, новогодние истории, московские приключения и даже отдельный фильм про день рождения. И каждый раз — попадание в десятку. Потому что Ба — это характер. Это диагноз. Это любовь, упакованная в ворчание.

Первый сезон. К дому приходит цыганка — погадать. Ба сначала поддаётся любопытству, но очень быстро гостья переходит все границы. «Господитыбожемой!» — взрывается Роза Иосифовна и хватается за сковороду. Это не просто жест отчаяния. Это фирменный знак. Сковорода в руках Ба — как волшебная палочка, только вместо чудес — справедливость.

Ах, этот чешский плафон. Ба мечтала о нём, высматривала, копила. И вот — торжественный момент, покупка, возвращение домой. Искра. Вспышка. Осколки. Манюня в ужасе бежит к Наринэ, язык не поворачивается признаться. Но Ба — не злопамятная. Покричит, погрозит, а потом обнимет. Потому что плафон — это просто стекло. А внучка — всё.

Кормушка для ласточек — отдельная поэма. Швабра тёти Нади, поднос Ба, гениальный инженерный замысел и неизбежное падение с балкона. Конструкция рушится, соседка в шоке, девочки — в точке невозврата. Наказание следует незамедлительно: тарелка с тушёными овощами. «Если не доедите — мужья будут некрасивые», — роняет Ба, и это звучит как приговор. Они доедят. Куда деваться.

Сцена с уколом — это классика. Ба нужно сделать инъекцию, а делать её вызвался Юра, отец девочек. «Почему не ветеринар?» — стонет пациентка, ложась в ту самую позу. Юра философски замечает, что женские спины ему не в новинку. «Ты делать будешь или мне так Судный день встречать?» — огрызается Ба. Укол сделан мгновенно, и тут же звучит: «Золотые руки!» Гордость — она же не камень.

В новогоднем фильме Ба — спасительница праздника. Снега нет, настроение — в минусе, дети ноют, взрослые разводят руками. И только Роза Иосифовна берёт управление в свои руки. Ёлка наряжена, стол ломится, чистота стерильная. И даже лёгкий флирт с Гарегином Сергеевичем, который Наринэ и Манюня заметят и осудят. Но кто их спрашивает?

И, конечно, история с синими волосами. Фая, полная энтузиазма, решает сделать Ба подарок к юбилею — суперсредство для густоты и блеска. То самое, которым когда-то обрили Манюню и Наринэ. Ба терпит, Ба доверяет, Ба пахнет чем-то резким. А потом видит в зеркало ярко-синюю голову. И начинается священная война. Шампуни, масла, оттирания — всё бесполезно. Ба в синем — это, наверное, самый нежный и смешной эпизод во всей вселенной «Манюни». Потому что даже в таком виде она остаётся величественной.

Теперь мы увидим, с чего всё начиналось. Какое у неё было детство. И кто сделал Розу Иосифовну той самой Ба. Спойлер: скорее всего, жизнь. Но без сковороды всё равно не обошлось.