Стеллан, Александр, Билл: как выглядит актерская династия СкарсгардовСтеллан, Александр, Билл: полный гид по актерской династии Скарсгардов

Стеллану Скарсгарду — 73. И если вы думаете, что это просто еще один день рождения заслуженного ветерана, приглядитесь. За его спиной — восемь детей, шесть из которых пошли по той же безумной дороге, и целая династия, у которой, кажется, больше лиц, чем у голливудского кастинг-отдела. Скарсгарды — это не семья, это индустрия.

Стеллан вырос в многодетной семье — старший из пятерых. И до сих пор они делят дачу. Серьезно. Взрослые дядьки и тетки с семьями съезжаются на лето, как в девяностых, и выясняют отношения за обеденным столом так громко, что соседи вызывают полицию. Сам Стеллан говорит, что родители растили их без бога, но с чётким этикетом: будь добрым, не навреди, никто не выше и не ниже другого. Хороший принцип для большой семьи. Особенно если ты потом нарожаешь своих восемь и попытаешься не сойти с ума.

В 1968-м он проснулся знаменитым. Шведский сериал «Бомби Битт и я» сделал из семнадцатилетнего парня подросткового кумира, потом был театр, потом «Бесхитростное убийство» — и «Серебряный медведь» в Берлине. А дальше Голливуд начал принюхиваться: «Невыносимая легкость бытия», «Пираты Карибского моря», «Тор». Но главное — Ларс фон Триер. Они подружились мгновенно. Фон Триер позвал его в «Нимфоманку» и честно предупредил: «Это порно». Стеллан согласился. И до сих пор не жалеет, даже когда фанаты отворачиваются от экрана при виде его пожилых причиндалов.

А потом началось это. Восемь детей. Шесть от первой жены Мю, врача интенсивной терапии, и двое от второй, продюсера Меган. Разница между старшим и младшим — 36 лет. Дочь одна, и она, по слухам, молилась, чтобы каждый следующий ребенок снова оказался мальчиком. «Надеюсь, это не девочка», — вздыхала Эйя при каждой беременности мачехи. Одинокая женщина в гареме.

Александр — самый старший и самый известный. В семь лет уже снимался с отцом, но сбежал из профессии. Пытался быть архитектором, политологом, потом ушел в армию. 18 месяцев на морской базе. «Я не хотел быть чьим-то сыном». Не срослось. Вернулся в кино через Нью-Йорк, через «Поколение убийц» и американский акцент, который ему ставили до последней ночи перед вылетом в Намибию. Итог: «Тарзан», «Большая маленькая ложь», статус секс-символа и роль, от которой он сам, кажется, устал, но носит как дорогой пиджак.

Густаф — театральный. Крестник Петера Стормаре, выпускник Dramaten, классический репертуар от Шекспира до Чехова. Мир узнал его по «Викингам», где он семь лет играл безумного судостроителя Флоки, и по «Миру Дикого Запада». Он реже мелькает в таблоидах, но именно его называют самым глубоким актером в семье. Или просто самым скромным.

Сэм — белая ворона. В четыре года снялся с папой в «Джиме и пиратах Блом» и на этом завязал. Стал врачом, как мама. Живет в Стокгольме, рядом с родителями, лечит людей и, кажется, ни разу не пожалел о своем выборе. Когда журналисты пытаются до него дозвониться, он вежливо отказывается. Ему не нужно.

Билл. Тот самый клоун. Пеннивайз из «Оно» напугал полмира, а потом Билл пошел дальше — «Дэдпул 2», «Джон Уик 4», а теперь Носферату у Роберта Эггерса. Вампир с лицом, которое не забудешь. Он младше Александра на 14 лет, но в хорроре уже переплюнул всех братьев вместе взятых. Кастинг-директора дрожат, когда видят его резюме.

Эйя — единственная девочка. Недолго работала моделью, потом ушла в администрирование ночных клубов, а теперь потихоньку возвращается в продюсирование. Шведские проекты, кастинги, тихие роли. Без претензий на «Оскар», но с правом на собственное имя.

Вальтер — самый младший из «первой партии». Ему 29, он играл в «Чернобыле», «Дюне», «Оппенгеймере» и известен тем, что однажды в твиттере съязвил: «Забавно, что здесь я, а не папа», когда в ленте его фото подписали словами Александра о том, что любого Скарсгарда можно заменить другим Скарсгардом. EW тут же окрестило его «королем твиттера». Династия умеет шутить.

Есть еще Оссиан и Колбьорн — младшие, от второй жены. Им по 10 и 14. Пока тишина. Но вы же понимаете: в семье, где папа в 70 снимается в «Дюне», а старшие братья терроризируют Голливуд, эти двое не станут программистами. Дайте им время.

И знаете, что во всем этом самое смешное? Стеллан до сих пор не понимает, как у него получилась эта империя. Он просто хотел, чтобы дети были порядочными. И, кажется, случайно вырастил пол-Швеции.