Стиль 90-х в кино: кожаные куртки, иномарки и другие символы эпохи

Эпоха, которую мы называем «лихие девяностые», давно стала легендой. О ней снимают сериалы вроде нового проекта Юрия Быкова «Лихие» — мрачную историю о криминальных разборках в Хабаровском крае. Но насколько образ того времени, создаваемый сегодня, соответствует тому, что снимали сами девяностые? Давайте отправимся в кинопутешествие и сравним: какими были эти годы в глазах режиссёров, которые жили внутри них, и как их видят сейчас.

Юрий Быков в «Лихих» подходит к делу с музейной скрупулёзностью. В кадре — всё, что должно быть: черные джипы «бандитской масти», спортивные костюмы, кожаные куртки, охотничьи ружья и «макаровы». В подъездах, покрашенных масляной краской, гремят перестрелки, а на заднем плане звучит Агузарова. Всё хлёстко и узнаваемо. Но возникает вопрос: а видели ли сами девяностые себя такими? Или это уже наш, сегодняшний, ностальгически-криминальный миф?

Взгляните на героев того времени. В «Брате» Алексея Балабанова Круглый (Сергей Курехин) носит деловой костюм — символ новой, «цивилизованной» преступности. А вот Федя, криминальный авторитет из «8 ½ долларов», щеголяет в чём-то среднем между пиджаком и френчем. Интересно, что после его гибели на сцену выходит брат-близнец — и уже в чёрной кожаной куртке, униформе уличного гангстера. Символично, не правда ли? Бизнес-стиль сменяется уличным беспределом.

А вот затемнённые очки. В советском кино они были атрибутом либо отрицательных персонажей (вспомните жуликов из «Бриллиантовой руки»), либо шпионов вроде Штирлица. В девяностые очки «ушли в народ». В них щеголяют и режиссёры, и милиционеры, и байкеры, и просто модные бездельники. Это был дешёвый и эффектный способ выглядеть «круто», подражая героям зарубежных боевиков. Знаковый аксессуар эпохи всеобщей игры в гангстеров.

Меняется и толпа. Дублёнки, некогда бывшие признаком элитарности, становятся доступны «простым парням», мечтающим о «русском бизнесе». В фильме Михаила Кокшенова герои пытаются продать иностранцам «русское сафари». Это уже не бандиты, а вчерашние советские обыватели, отчаянно ищущие себя в новой реальности. Их стиль — странный гибрид старого и нового.

Балабанов в «Жмурках» (нулевые, но про девяностые) ловко сталкивает два бандитских стиля: длинные чёрные пальто в пол — и кожаные куртки, наброшенные на спортивный костюм. Два образа, две философии. Кто круче? И тот, и другой — части одного хаотичного времени.

Но были и совсем другие взгляды. Фильм «Окраина» Петра Луцика и Алексея Саморядова — настоящая странность. Действие в девяностых, а стиль — чистейшие 1920-е: меховые кубанки, телогрейки, пафосная речь. Это сознательный приём: авторы сращивают два времени, показывая, как люди из прошлого дают отпор «новым русским». Получается притча о вечной борьбе. Кто победит в такой схватке?

Герой «Ворошиловского стрелка» Говорухина (Михаил Ульянов) и вовсе выглядит реликтом. Он действует в 1999 году, но его мысли и кодекс чести — из другой эпохи. Его пиджак с наградами — примета уходящего мира. Такую же тему поднимает Рязанов в «Старых клячах»: героини, не вписавшиеся в рынок, ездят на древнем ЗИСе, носят растянутые турецкие футболки и поют про «Варяга», мстя новым хозяевам жизни. Трогательно и грустно.

Конечно, нельзя забыть про мини-юбки и колготки в сеточку — главный тренд женской моды на экране. И про солдат. Их в девяностых много: от дембеля Данилы Багрова до героев «Зелёного слоника» на гауптвахте. Армия была огромной частью реальности, и кино это фиксировало. Человек в форме, выброшенный в дикий капитализм, — мощный образ потерянного поколения.

Оружие. Если девяностые — лихие, то без стрельбы никуда. Из атрибута профессионалов оно превращается в часть быта. Стреляют все: Данила Багров, герои «Особенностей национальной охоты» (иронично!), персонажи «Жмурок». В «Ворошиловском стрелке» винтовка в руках ветерана становится инструментом личного правосудия — оружие уравнивает обывателя и бандита. Жуткая, но точная метафора.

Женские причёски того времени — отдельная история. Высокие начесы, сложные конструкции, банты. Но иконическим стало каре. Оно доминировало весь декад — от «Странных мужчин Семёновой Екатерины» (1992) до «Страны глухих» и «Неба в алмазах» (конец девяностых). Строго, стильно, по-деловому. Женщины новой эпохи.

И, наконец, главный символ успеха — большая иномарка. «Мерседес» 600-й в «Бригаде», BMW в «Ворошиловском стрелке», джипы в ранних фильмах. Это не просто транспорт, это броня и статус. Без такой машины ты — никто. Страшная, блестящая игрушка для новых хозяев жизни.

Так какими же были девяностые в кино? Хаотичными, жестокими, стильными, трагикомичными. Это было время, когда старые символы рушились, а новые ещё не прижились. Кино той поры — не просто отражение, а диагноз. И глядя на сегодняшние «Лихие», стоит помнить: между реконструкцией и реальностью всегда есть зазор. А что важнее — правда факта или правда мифа? Думайте сами.