Возвращение культовых франшиз: почему герои детства снова выходят на экраны

От Кэндимена до агента 007, от неуязвимого Майкла Майерса до педантичного Декстера — некоторые персонажи нашего детства отказываются уходить на покой. Но почему их новые воплощения так разительно отличаются от старых? И можем ли мы сказать, что они стали лучше? Давайте разбираться. Иногда кажется, что наследие стало важнее самого искусства.

Но что происходит с франшизами менее глобальными, но оттого не менее важными? Возьмите «Кэндимена», превратившегося из городской страшилки в исследование исторической травмы рабства. Или мрачное «Черное Рождество», которое в перезапуске стало яростным феминистским манифестом. А как насчёт Джея и Молчаливого Боба — тех самых похабных остряков нулевых, чьи шутки тогда знал каждый, а теперь о них вспоминают с лёгкой неловкостью? Не переживайте, и они получили новую жизнь. Вот только каждый современный ребут пытается говорить с оригиналом на новом языке, зачастую сильно искажая его голос.

«Хэллоуин» Дэвида Гордона Грина славит всемогущий матриархат, «Черное Рождество» Софи Такал грозит кулаком патриархату, а сериальный «Чаки» выводит на первый план квир-идентичность. В контексте сегодняшней Америки, где ужастики всегда умели говорить о социальных проблемах (помните антикапиталистических «Людей под лестницей»?), жанр стал левее и либеральнее, чем когда-либо. Но дело тут не только в желании поучать. Скорее, молодые режиссёры, выросшие на фильмах Крейвена и Ромеро, вгляделись в подтексты любимой классики и решили переосмыслить их для новой реальности. К этой же категории можно отнести и «Суспирию», и «Бегущего по лезвию 2049» — работы, которые так вольно обращаются с наследием, что многие фанаты просто не выдержали такой авторской дерзости. А вы?

Время мчится, технологии меняются, и возвращение культовых героев становится вызовом для кинематографистов. Как сохранить душу оригинала, но одеть её в современные одежды? Тот же «Космический джем: Новое поколение» добавляет драму отцов и детей, но важнее другое — он использует новейшие методы совмещения анимации и живых актёров. Хотя такой апгрейд не всегда идёт на пользу. Например, хоррору «Полтергейст» куда больше шли те самые неровные, но душевные практические эффекты, а не безупречный и холодный CGI.

В этом плане даже такой уникальный фильм, как «На игле», оказался трендсеттером. Те же самые герои спустя десятилетия собираются вместе… и оказываются в ловушке прошлого. Комедия девяностых мутировала в трагедию нового тысячелетия: персонажи стали заложниками поп-культуры, инфантилизма и несбывшихся надежд. Вместо иронии — горькая констатация. Вместо развития — стагнация. Метафора получилась мощной, но на редкость печальной.

И всё же есть и блестящие исключения. Взгляните на «Отряд самоубийц: Миссия навылет». Джеймс Ганн, с характерным для него сарказмом, словно говорит: «Вот тот самый «Отряд», которого вы ждали». И ведь он прав. Ему удалось исправить вселенскую несправедливость, подарив одной из самых безумных франшиз достойную, стилистически выверенную и безбашенно весёлую экранизацию. Порой, чтобы двигаться вперёд, нужно не бояться развернуться на 180 градусов.