«Все совпадения неслучайны»: Разбор стиля и замысла Куарона

На Apple TV+ выкатили первые четыре серии «Все совпадения неслучайны». За проект взялся сам Альфонсо Куарон — да-да, тот самый мексиканский гений с двумя «Оскарами» в кармане. Хотя с телевидением он знаком не понаслышке (помните его ранние работы и тот забытый сериал «Верь»?), полноценный мини-сериал снимает впервые. Показ на Венеции, Торонто и Лондоне — звучит солидно, правда? А вот критика разошлась во мнениях кардинально: кто-то видит в этом умный триллер с блестящими поворотами, кто-то — гламурную мелодраму, а кто-то и вовсе разочарование сезона. Давайте вместе разберёмся, что же Куарон нам приготовил на этот раз.

Основой стала книга современной английской писательницы (и, что немаловажно, документалистки BBC) Рени Найт. Некоторые даже считают, что главная героиня — её альтер эго. И в романе, и в сериале историю рассказывают несколько персонажей, и Куарон решил передать эту многоголосицу визуально. Для этого он привлёк двух легендарных операторов: своего постоянного соратника Эммануэля Любецки и мастера Брюно Дельбоннеля, известного по работам с братьями Коэн. Результат, конечно, завораживает — от меланхоличных видов из окна итальянского поезда до тщательно выстроенной обыденности героев, которых, к слову, мы поначалу не видим. Как вам такой приём — знакомиться с персонажами через их мир, а не через лица?

Сюжет закручен интригующе: знаменитая документалистка Кэтрин Рейвенскрофт находит на своём прикроватном столике книгу под названием «Идеальный незнакомец». В её героине она с ужасом узнаёт себя, а в сюжете — собственную тайну, которая, как она думала, навсегда похоронена в прошлом. Этот роман становится для неё ловушкой, манипулирующей сознанием. Но вот парадокс: и книгу, и сериал критикуют как раз за обратное — за то, что они не слишком-то захватывают. Интересно, почему? Может, мы разучились медленному, вдумчивому погружению?

Кастинг здесь — отдельная история. Кейт Бланшетт в роли Кэтрин — это же идеально! Она похожа на современную Джоконду, и даже её герой в сериале говорит о «солнечном ореоле» вокруг неё. Бланшетт излучает ту самую невозмутимую гармонию, на фоне которой любой жизненный шторм выглядит особенно контрастно. Куарон часто делает женщин центром своих фильмов, но здесь пока неясно, на чьей он стороне. Эта неопределённость, честно говоря, только подогревает интерес — хочется досмотреть и понять.

Форма и повествовательная структура в этом проекте — не просто приёмы, а его смысловой стержень. Вот, например, любопытная деталь: персонаж, который преследует героиню с книгой о её прошлом, представляется её сыну именем… Джозеф Конрад. Но называет его настоящее, данное при рождении в Российской империи — Юзеф Теодор Конрад Коженёвский. В книге такого эпизода нет! Зачем это добавил Куарон? Возможно, это тонкий намёк на самого режиссёра — мексиканца, покорившего чуждую ему культуру своим искусством. Не проецирует ли он здесь свою собственную историю?

Ещё один хитрый ход — повествование от второго лица. В книге Найт этого нет, Куарон добавил. Этот приём создаёт мощный эффект присутствия: кажется, будто эта история происходит с тобой, именно твои тайны вот-вот разрушат налаженную жизнь. И всё же, странное дело: ни читатели, ни зрители особо не спешат сопереживать героине. Может, потому, что она — успешная представительница английской элиты, чья привилегированная позиция для многих из нас просто недостижима и непонятна? Сострадать тому, у кого, казалось бы, есть всё, — задача не из лёгких.