В чем смысл фильма «2012»

Когда в 2009 году на экраны вышел «2012», многие восприняли его просто как дорогой аттракцион. Роланд Эммерих уже привычно собирал планеты в кучу, обещая зрителю зрелище невиданных масштабов
2
. Но за шумом падающих небоскребов и океанскими волнами, накрывающими Гималаи, спряталось несколько важных мыслей, которые режиссер заботливо упаковал в обертку блокбастера.
Люди — лишь статисты
Первое, что бросается в глаза при внимательном просмотре — насколько здесь мелки и незначительны человеческие драмы на фоне того, что творит природа
2
. Эммерих будто намекает: мы слишком много о себе думаем. Земле абсолютно все равно, успеет ли писатель Джексон Кёртис спасти своих детей и успеет ли русский олигарх посадить в самолет любовницу с собачкой
8
.
Режиссер с явной любовью показывает не людей, а катастрофу
2
. Камера подолгу задерживается на том, как трескается кора, как рушатся города, как океан пережевывает континенты. Человек здесь — песчинка. И это отрезвляет.
Авторская ремарка: Посмотрите на сцену, где президент США остается с народом. Эммерих даже пафосную гибель использует не ради героизации, а чтобы подчеркнуть: перед лицом конца все равны. Даже те, кто сидит в Белом доме.
Ковчег для избранных
Самый циничный момент фильма — это, конечно, ковчеги. Люди строят гигантские корабли, чтобы спастись, но места на них получают только те, кто заплатил миллиард евро
3
. Обычные смертные остаются за бортом в прямом и переносном смысле.
И вот тут Эммерих задает неудобный вопрос: а чем вы, собственно, лучше? Тем, что родились в богатой стране? Или тем, что просто оказались не в том месте не в то время? Сцена, где толпа штурмует трап, а охрана отстреливается, снята почти документально. И от этого становится не по себе. Потому что понимаешь: так и будет.
Авторская ремарка: Интересно, многие ли зрители задумались, попали бы они в этот список? Я вот задумался. Ответ не порадовал.
Чудо как норма
Отдельная тема — невероятная живучесть главных героев. Они уворачиваются от падающих небоскребов, обгоняют трескающуюся землю на лимузине и взлетают на самолете прямо из-под ног у лавы
8
. Критики справедливо ругали фильм за эти нелепости
2
4
.
Но если присмотреться, Эммерих и здесь не так прост. Он сознательно гиперболизирует удачливость героев, чтобы подчеркнуть: в хаосе выживают не достойные, а везучие. Те, кто оказался в нужной секунде в нужном сантиметре пространства. Никакой высшей справедливости. Только случай.
Китайский акцент
Любопытная деталь, которую многие упускают — финальное спасение приходит из Китая
8
. Именно китайские рабочие строят ковчеги, именно китайский механик помогает героям в последний момент. В 2009 году это выглядело как дань уважения растущей экономике. Сегодня — как пророчество.
Смысл «2012» не в том, чтобы напугать зрителя концом света. И даже не в том, чтобы напомнить о календаре майя. Эммерих снял фильм-предупреждение. О том, что человечество слишком увлечено собой. О том, что любые границы и стены — иллюзия. О том, что в последний момент богатство и статус не будут значить ничего.
Мы привыкли думать, что катастрофа — это где-то далеко. Что она случается с другими. «2012» бьет по этому самоуспокоению кувалдой. И пусть спецэффекты за пятнадцать лет немного устарели, вопрос, который задает фильм, остается открытым: а что бы ты делал, если бы завтра всё закончилось? И есть ли у тебя ответ поважнее, чем «сел бы в лимузин и полетел на самолете»?