В чем смысл фильма «Ауру»

Казахстанский режиссёр Айторе Жолдаскали ворвался в инфополе с фильмом «Ауру» (в переводе — «больной» или «болезнь») так громко, что его до сих пор обсуждают. И дело не только в скандальной цензуре, ночном прокате и возрастном рейтинге 21+. Дело в том, что картина попала в нерв времени. Это не просто история про молодых супругов, погрязших в долгах, а жёсткая диагностика общества, где грань между отчаянием и преступлением давно стёрлась .

Сюжет: ложь как последний аргумент

Азамат и Таншолпан — обычная пара, которая, как и многие, взяла кредиты на свадьбу, а потом ещё и ещё. Долговая яма засасывает, выходов не видно. И тут Азамату приходит в голову «гениальная» идея: инсценировать у жены неизлечимую болезнь и запустить сбор средств в соцсетях . Фальшивые документы, трогательные видео, слёзы в камеру — и деньги потекли рекой. Но чем дальше, тем страшнее: ложь обрастает деталями, требует новых жертв, и герои стремительно катятся в пропасть, из которой нет возврата .

Знакомая ситуация, правда? Каждый день видим в ленте посты с просьбой о помощи. И каждый раз задаём себе вопрос: а вдруг это фейк?

Не физическая, а ментальная зараза

Название фильма обманчиво. Речь идёт не про онкологию, которую симулирует героиня. «Ауру» — это диагноз, который ставят себе и окружающим сами персонажи. Жадность, готовность на всё ради лёгких денег, потеря ориентиров, цинизм, прикрывающийся отчаянием. Это болезнь сознания, которая поражает не только Азамата, но и тех, кто готов верить в красивую ложь, и тех, кто делает на этом бизнес .

Режиссёр не щадит зрителя. Сцены насилия здесь жёсткие, почти невыносимые. Операторская работа в мрачных зелёно-фиолетовых тонах создаёт гнетущую атмосферу, из которой хочется вырваться. Но именно так авторы добиваются нужного эффекта: заставляют прочувствовать мерзость происходящего на своей шкуре .

Зеркало для общества

Самое интересное, что «Ауру» сработал как рентгеновский снимок. В Казахстане фильм смотрели слишком серьёзно — никто не смеялся в задуманных автором комических сценах, потому что всё слишком похоже на правду . История про краудфандинговое мошенничество легла на реальные скандалы с фальшивыми сборами, про которые писали новости. Зритель пришёл в кино не развлекаться, а узнавать себя и соседа. А это всегда больно.

В Европе, куда фильм отобрали на фестиваль в Роттердаме, реакция была другой. Там смеялись там, где нужно, и воспринимали историю как жанровое кино . Дистанция помогла увидеть в «Ауру» не крик души, а искусную стилизацию под нуар и триллеры вроде «Бойцовского клуба» .

Кстати, Gorillaz в саундтреке — отдельный художественный ход. Больной, грязный и неприятный человек, который слушает крутую музыку. Именно так сам режиссёр описывает своего героя .

Цензура и два финала

Отдельная драма развернулась вокруг проката. Из фильма вырезали ключевую сцену, повлиявшую на смысл концовки, а прокатное удостоверение выдали с грифом 21+ и ограничением по времени с 22 вечера до 6 утра . Формально фильм вышел, но посмотреть его стало практически невозможно массовому зрителю. Режиссёр признаётся: для международного фестиваля существует другая версия финала, где герой не получает «кару», а просто остаётся с деньгами и пустотой — что, может быть, даже страшнее .

«Ауру» — неидеальное кино. Местами затянутое, местами слишком перегруженное смыслами . Но это та самая оплеуха, после которой хочется остановиться и подумать. О чём? О том, что за красивой картинкой в инстаграме может скрываться бездна. О том, что лёгкие деньги не бывают бесплатными. И о том, что каждый из нас способен однажды переступить черту, если очень припрёт. Но главное — о том, что болезнь легче предотвратить, чем лечить. И к обществу это относится так же, как к человеку.