В чем смысл фильма «Другой»

Прочитана 1 веб-страница

Чужим взглядом: О чем фильм «Другой» Давида Моро

Есть такой поджанр — камерные триллеры, где все действие крутится вокруг пары персонажей в замкнутом пространстве. Давид Моро, известный по хоррору «Мадам» и паре эпизодов «Черного зеркала», решил попробовать себя в этом амплуа. «Другой» (оригинальное название «The Other Me») вышел незаметно, но тема, которую он поднимает, цепляет куда сильнее, чем можно ожидать от скромного триллера с веб-камерами и ноутбуками.

Архитектор и его темная комната

Главный герой — успешный архитектор по имени Иракли. У него хорошая работа, любящая жена Нутса и, кажется, вполне благополучная жизнь. Но есть одна деталь: он теряет зрение. Врачи ставят редкий диагноз, и мир Иракли начинает рушиться буквально на глазах .

И вот тут происходит самое интересное. Болезнь приносит не просто слепоту, а нечто иное. Иракли начинает видеть… мотивы людей. Настоящие, скрытые мотивы, которые движут окружающими . Представьте себе: вы смотрите на жену и вдруг понимаете, что она на самом деле чувствует. Вы видите фальшь коллег, истинное отношение друзей. Звучит как суперспособность, но на деле оказывается проклятием.

Интересно, а хотели бы вы знать, что на самом деле думают о вас близкие? Или лучше жить в счастливом неведении?

Две женщины и лесная хижина

Параллельно развивается вторая линия. Иракли встречает Нино — загадочную художницу, живущую одна в лесу . Она говорит на языке поэзии, не требует объяснений и становится для героя музой, спасением от абсурдной реальности. А Нутса тем временем работает на трех работах, пытаясь удержать семью на плаву, и попадает под влияние новой начальницы — светской львицы из Америки .

Моро выстраивает классический треугольник, но с изюминкой. Иракли разрывается не просто между женщинами, а между двумя версиями реальности. С одной стороны — уютный, понятный мир с женой, которая его любит. С другой — мир поэзии, леса и полной свободы, который дарит ему Нино.

Гендерная дисфория как ключ

Критики, разбирая фильм, обратили внимание на важную деталь: все эти ложные ходы, видения, метания героя — на самом деле попытка замаскировать центральную тему . А тема эта — гендерная дисфория. Иракли не просто теряет зрение. Он теряет себя прежнего и пытается найти нового. И лесная художница Нино — не просто любовница, а отражение той части его личности, которую он подавлял всю жизнь .

Конечно, критики из Variety покрутили пальцем у виска: мол, и сюжеты недоразвиты, и монтаж кусочный, и логики маловато . Но даже они признают: попытка поговорить на такую сложную тему через мистический детектив — сама по себе смелая затея. Другое дело, что исполнение подкачало.

Визуальный ряд и продюсерский гений

Отдельного упоминания заслуживает тот факт, что продюсером фильма выступил сам Дэвид Линч . Да, тот самый создатель «Твин Пикса». И его влияние чувствуется: сюрреалистические вставки, странные видения, атмосфера сновидческой жути. Но, как заметили обозреватели, собрать из кусочков единое целое у Гиги Агладзе (режиссера) не получилось . Линчевская эстетика требует железной логики внутри безумия, а здесь получился просто набор абстрактных картинок.

Кстати, фильм снимали в Тбилиси, и это придает ему дополнительный шарм . Город на стыке Европы и Азии, старая архитектура, узкие улочки — все это работает на атмосферу потерянности и поиска.

Смысл: найти себя среди масок

Если отбросить претензии к сценарию и монтажу, о чем же этот фильм? Мне кажется, «Другой» — это история про то, как трудно быть собой в мире, где все носят маски. Иракли получает способность видеть сквозь эти маски, но вместо облегчения испытывает только боль и отвращение. Потому что правда редко бывает красивой.

Вторая важная тема — принятие себя. Весь фильм герой ищет Другого. Сначала думает, что это Нино. Потом — что это новая версия его самого. А в финале понимает: Другой всегда был внутри. И чтобы с ним встретиться, не нужно терять зрение. Достаточно перестать врать самому себе.

«Другой» Давида Моро (и Гиги Агладзе, если быть точным в авторстве) — кино неровное, спорное, местами откровенно слабое. Но тема, которую оно поднимает, заслуживает внимания. Мы все немножко Иракли: мечемся между долгом и желанием, между реальностью и мечтой, между тем, что принято, и тем, что хочется на самом деле. И только встретившись лицом к лицу со своим внутренним Другим, можно обрести покой. Даже ценой потери зрения.

1 веб-страница