В чем смысл фильма «Любой ценой»

Не просто грабители: о чем фильм «Любой ценой» Дэвида Маккензи

Представьте себе бескрайние техасские прерии, выжженные солнцем, забытые Богом городки и двух мужиков на раздолбанном форде, которые грабят банки. Казалось бы, сюжет из десятков фильмов. Но «Любой ценой» — история совсем другого замеса. Здесь нет героических ограблений и пафосных перестрелок. Есть только пыль, отчаяние и попытка вырваться из нищеты, которая передается по наследству как проклятие.

Братья по несчастью

Тоби и Таннер Ховарды — два полюса одной судьбы. Тоби (Крис Пайн в своей лучшей роли, далеко ушедшей от образа капитана звездолета) — разведенный отец, уставший от жизни настолько, что готов на всё ради будущего своих сыновей . Таннер (безумный Бен Фостер) — только что вышел из тюрьмы, непредсказуемый, взрывной, но до безумия преданный брату .

У них умирает мать, оставляя ферму, заложенную по самую крышу. Банк вот-вот заберет последнее. А разведка показала: на этой земле есть нефть. Много нефти. И тогда Тоби придумывает план: грабить отделения того самого банка, который их душит кредитами. Только мелкими купюрами, без вскрытия сейфов, чтобы не оставлять следов . И главное — никого не убивать.

Задумайтесь: когда система садится тебе на шею и душит годами, где та грань, за которой терпеть нельзя?

Индейцы, ковбои и нефтяные вышки

Режиссер Дэвид Маккензи не был бы собой, если бы не насытил фильм символами. Рейнджер Маркус (великий Джефф Бриджес) готовится к пенсии, подкалывает своего напарника-индейца Альберто на тему происхождения, и эти подколы — не просто расизм, а старая мужская дружба, выраженная единственным доступным этим суровым людям способом .

Альберто в ответ грустно шутит: «Мы, команчи, когда-то были повелителями равнин. А теперь — повелители Ничего» . И эта фраза бьет точно в цель. Индейцев когда-то лишили земли. Теперь у ковбоев отбирают последнее банки. История повторяется, только оружие сменилось — вместо винчестеров теперь ипотечные договоры.

Ирония: на месте столкновения цивилизаций теперь нефтяные вышки качают черное золото для тех, кто живет в больших городах и понятия не имеет о людях в техасской глуши.

Справедливость — понятие растяжимое

Фильм ловко жонглирует понятиями правды и закона. Местные жители отказываются помогать полиции, потому что банк «двадцать лет грабил их, а эти ребята просто взяли свое» . Официантка, получившая от Тоби щедрые чаевые, не отдает их как улику — у нее у самой ипотека душит .

И вот тут главный вопрос: кто на самом деле преступник? Два отчаявшихся мужика, которые рискуют жизнью ради будущего своих детей? Или банковская система, высасывающая соки из целых поколений? Тоби формулирует это страшно и просто: «Я был бедным всю жизнь, как болезнь, которая передается из поколения в поколение. Но мои мальчики — нет. Не будет этого» .

Финал, от которого не оторваться

Кульминация наступает тогда, когда планы рушатся и начинается пальба. Таннер, понимая, что им не уйти, берет огонь на себя, дает брату шанс уехать с деньгами. Его смерть — не героическая, а какая-то обыденная, как всё в этом фильме .

Тоби добирается до казино, отмывает деньги (умный ход — казино не отслеживает происхождение наличных), выкупает ферму и оформляет траст на сыновей . А потом встречается с вышедшим на пенсию Маркусом. И в этом разговоре — вся соль фильма. Рейнджер знает правду, но доказать не может. Тоби спокоен, как удав. На вопрос, откуда деньги, отвечает: «Я не был должен объяснять это полиции».

И только последний взгляд Маркуса говорит: он вернется. Не сегодня, так завтра. Потому что справедливость по закону и справедливость по жизни — разные вещи.

И вот думаешь: а кто тут победил? Тот, кто спас семью ценой смерти брата? Или тот, кто остался один на один с чувством выполненного долга и пустотой внутри?

Суть простая: «Любой ценой» — фильм о том, что иногда единственный способ выжить — нарушить закон. И что американская мечта давно превратилась в американский кошмар для тех, кто живет в забытых Богом городках среди нефтяных вышек и пыльных дорог. Таннер погиб, Тоби выжил, нефть качается, а вопросы остаются. И ответов на них нет. Да и не будет.