В чем смысл фильма «Убийца»

Смысл фильма «Убийца»: по ту сторону добра и зла

Когда Дени Вильнёв взялся за историю о войне с мексиканскими наркокартелями, многие ждали очередной боевик про «хороших парней с бейджиками». Но режиссер, подаривший нам «Пленниц» и будущий автор «Дюны», снял нечто принципиально иное. «Убийца» 2015 года — это не фильм о наркотиках и даже не фильм о спецслужбах. Это медленное, гипнотическое погружение в мир, где понятия «хорошо» и «плохо» теряют всякий смысл .

В центре сюжета — агент ФБР Кейт Мейсер (Эмили Блант), которую после страшной находки в Аризоне привлекают к секретной операции против наркокартеля. Ее новые коллеги — циничный пижон Мэтт (Джош Бролин) и молчаливый латиноамериканец Алехандро (Бенисио Дель Торо) — не спешат посвящать ее в детали. Кейт остается только наблюдать и ужасаться методам, которые использует команда .

Глазами идеалистки

Вильнёв сознательно делает зрителя заложником точки зрения Кейт. Мы так же, как она, не понимаем, что происходит, кто эти люди и куда они везут нас посреди пустыни. Сцена перехода границы в Хуаресе — один из самых напряженных эпизодов в современном кино. Длинные планы, гул вертолетов, давящая музыка исландца Йохана Йоханссона — и полное ощущение, что ты едешь в ад и обратного билета нет .

Вы замечали, как редко современное кино умеет создавать такое напряжение без единого выстрела?

Кейт — идеалистка. Она верит в закон, в процедуру, в то, что правосудие должно быть чистым. Но мир, куда она попала, работает по другим правилам. Мэтт объясняет ей просто: «Не мы нарушаем границы, это границы сместились» . И эта фраза становится ключом ко всему фильму.

Пятьдесят оттенков черного

В этом мире нет места рефлексии. Алехандро, которого Дель Торо играет с пугающей отстраненностью, оказывается бывшим колумбийским прокурором, чью семью уничтожил картель. Теперь он — орудие возмездия, человек, который перешел черту и не собирается возвращаться. Его глаза мертвы, его руки дрожат по утрам, но в деле он превращается в машину смерти .

И кто он после этого — герой или убийца? Вильнёв не дает ответа. Он просто показывает, что на этой территории старые категории не работают.

Критик Геннадий Устиян точно подметил: в этом аду западное сознание с его привычкой к порядку и логике мутирует под давлением агрессивной дикости . Сцены мирной жизни мексиканского полицейского, которые режиссер вставляет между основными событиями, работают как тикающая бомба. Мы знаем, что этот человек обречен, и его смерть будет случайной и страшной .

Циклы насилия

Сам Вильнёв в интервью объяснял: его фильм — о циклах насилия, которые невозможно разорвать. «Есть фантазия, что можно решить проблемы за границей с помощью грубой силы, не задумываясь о том, какое насилие придет следом» .

Финал фильма — удар под дых. Алехандро приходит к Кейт и заставляет подписать бумагу, которая легализует все незаконные действия группы. Он не угрожает, он просто констатирует: если она не подпишет, ее убьют. И никто не придет на помощь. Потому что те, кто должен защищать закон, сами этот закон давно похоронили .

Эмили Блант рассказывала, что сцена, где ее героиня ломается, не была запланирована — это случилось спонтанно, в кадре. Дель Торо вспоминает: «Когда она сломалась, я понял — вот оно, мы поймали момент» .

Война, которую нельзя выиграть

Зрители, ждавшие боевика, часто разочаровывались: перестрелок здесь мало, экшен скуп, взрывы не впечатляют . Но Вильнёв снимал не про это. Его «Убийца» — это фильм о том, что война с наркотиками давно проиграна, и единственный вопрос — сколько еще людей сожрет эта мясорубка.

В финале, когда мальчишки в Хуаресе гоняют мяч под звуки выстрелов, становится ясно: ничего не изменилось. Одного наркобарона убрали, на его место придут другие. Кровь будет литься дальше. А Алехандро, ставший орудием мести, превратился в того самого «волка», которого однажды придется убить .

«Убийца» — это кино о том, что происходит с человеком, когда он перестает различать добро и зло. О том, что бороться с чудовищами, не превращаясь в чудовище, — почти невозможно. И о том, что границы, которые мы считаем незыблемыми, на самом деле — просто линия на песке. Ее смывает первой же волной крови.