О чем фильм «Социальная сеть»

Осень 2003 года, бар при Гарварде. Обычный вроде бы вечер, но именно здесь начинается история, которая изменит мир. Марк Цукерберг (Джесси Айзенберг) — дерганый, нелюдимый программист с маниакальным блеском в глазах — ведет светскую беседу со своей девушкой Эрикой. Точнее, пытается. Он перескакивает с темы на тему, перебивает, сыплет терминами и в конце концов получает заслуженное: «Ты не мудак, ты просто пытаешься им быть, но это у тебя плохо получается». Брошенный и униженный, Марк вприпрыжку несется в общежитие. Там, под пиво, в приступе обиды и злости он за пару часов делает то, что обычному человеку не под силу и за месяц: взламывает базы данных университета, скачивает фото всех студенток и запускает сайт Facemash, где предлагает голосовать за самую сексуальную девушку кампуса. Трафик такой, что серверы Гарварда ложатся за одну ночь .

Идея, которую украли (или не украли?)

На Марка обращают внимание братья Уинклвосс (Арми Хаммер в двойной роли с помощью спецэффектов) — рослые, богатые, успешные близнецы, элита университета. У них есть идея: создать закрытую социальную сеть для избранных — Harvard Connection. Они зовут Цукерберга как программиста. Тот соглашается, тянет время, а сам вместе с другом Эдуардо Саверином (Эндрю Гарфилд) запускает Thefacebook. Чисто для своих, для гарвардцев, чтобы общаться, выкладывать фото, указывать семейное положение. Эдуардо дает первые деньги на серверы — тысячу долларов .

Дальше — лавина. Сайт уходит в Йель, Стэнфорд, Колумбию. Появляется первая реклама. Амбициозные знакомые, вроде Кристины, просят «зафрендить» их . И тут в игру вступает Шон Паркер (Джастин Тимберлейк) — основатель Napster, гений, тусовщик и провокатор. Он объясняет Марку простую истину: реклама — это не круто, а миллиард — круче миллиона. «Нельзя продаваться дядям, когда можно самим править миром», — примерно так звучит его манифест . Марк очарован. Компания переезжает в Пало-Альто, в Калифорнию. Эдуардо, который остался в Нью-Йорке и пытается привлечь рекламодателей, чувствует, что его отодвигают.

Кстати, сцена, где Марк в тапках и пижаме бежит через кампус, чтобы добавить в профиль строчку «В отношениях», — чистая правда характера. Он не просто кодит, он живет этим. Идеи приходят в любое время суток, и их надо реализовывать немедленно .

Друзья, враги и 500 миллионов

Фильм Финчера — это не хроника побед, а судебная драма. Вся история рассказана через два параллельных иска. Первый — от братьев Уинклвосс, которые утверждают, что Цукерберг украл их идею. Второй — от Эдуардо, чью долю размыли с 34% до смешных 0,03% . Мы видим, как Марк дает показания — холодный, отстраненный, почти аутичный. Он не пытается казаться хорошим. Он просто констатирует факты.

Между этими залами суда — вспышки прошлого. Вечеринки с кокаином и Шоном Паркером, который в итоге сам вылетит из компании. Момент, когда Марк лично «увольняет» Эдуардо, подписывая бумаги о перевыпуске акций. И финальная сцена, где уже миллиардер, самый молодой в мире, сидит один в пустой комнате и обновляет страницу Эрики в Facebook. Ждет, примет ли она его заявку в друзья. Пятьсот миллионов друзей по всему миру — и ни одного рядом .

Кстати, реальный Марк Цукерберг фильм долго не смотрел, но потом признался, что многие детали (вроде тех самых тапок) совпадают. Хотя про то, что он стал миллиардером из-за мести девушке, конечно, шутка .

Что в сухом остатке

«Социальная сеть» получила три «Оскара» — за сценарий, монтаж и музыку Трента Резнора . Но главная ее награда — способность оставаться актуальной. Потому что это не фильм про интернет. Это фильм про то, как цена успеха измеряется не в долларах, а в людях, которых ты растерял по дороге. Про гения, который перепрограммировал реальность под себя, но так и не научился простым человеческим вещам. И про то, что нельзя завести 500 миллионов друзей, не нажив ни одного врага .

В конце концов, мы так и не узнаем точно, мудак он или нет. Финчер умело уходит от прямого ответа, оставляя зрителю право решать самому. И в этом, наверное, главная магия фильма: он не про Facebook, а про каждого из нас. Про то, готовы ли мы заплатить ту же цену.